Запросы плоти. Еда и секс в жизни людей

До прихода европейцев, диета аборигенов была хорошо сбалансирована и содержала оптимальное для организма соотношение белков, жиров и углеводов. Многие блюда, запеченные в земляной печи, удовлетворили бы любого гурмана. Удивительно приятный напиток приготовляли из нектара цветов, опущенных в воду. Очень вкусны орехи макадамии, ныне пользующиеся коммерческим спросом. Другие деликатесы – ящерицы, личинки, бабочки и медовые муравьи, вряд ли устроят белых австралийцев. Но наиболее отталкивающим выглядит употребление в пищу человеческого мяса.

Каннибализм

Каннибализм у австралийских аборигенов встречался у многих племен, но практиковался нечасто. Иногда, при нехватке пищи или из ритуальных целей, убивали новорожденных детей, чаще девочек, причем убитых не хоронили, а съедали. Встречались и чисто ритуальные формы каннибализма: поедание трупов умерших родичей, поедание воинами тел и, особенно, сердец убитых врагов и обряд поедания человеческого мяса при инициации (посвящении юноши в мужчину). При всем том, аборигены Австралии не были регулярно практикующими людоедами, их каннибализм не носил систематический характер и не служил подспорьем в питании. Живший среди аборигенов Сид Кайл-Литтл пишет:

...

«Туземцы Ливерпул Ривер не убивали людей для еды. Они ели человеческое мясо из суеверия. Если они убивали стоящего человека в бою, они съедали его сердце, веря, что наследуют его храбрость и силу. Они съедали его мозг, потому что знали, что там находятся его знания. Если они убивали быстрого бегуна, они съедали часть его ног, надеясь приобрести его скорость». [86]

Интересны объяснения самих аборигенов причин людоедства. В 1933 г. старый вождь с острова Ям поведал журналисту Колину Симпсону, что при инициации ему дали мелко нарубленное человеческое мясо, перемешанного с мясом крокодила. Юноше стало тошно. Целью было «сделать сердце сильным изнутри». Симпсон также описывает, как при рождении ребенка супруги, уже имевшие первенца, ритуально убили новорожденного и накормили его мясом старшего ребенка, чтобы сделать его сильным. Среди других племен родственники съедали кусочки жира покойника из уважения к его памяти. «Мы съели его, – объясняет абориген, – потому что знали его и любили его». [87]

4.4. Семья и брак

Очень сложной была система родства, определявшая брачные отношения. Элементарной ячейкой была семья, но у ребенка матерями считались, кроме матери, ее сестры, а отцами – отец и его братья. Все их дети были «братья» и «сестры». Дети от братьев «матерей» и сестер «отцов» считались двоюродными братьями и сестрами. «Братья» и «сестры» имели общего духа-хранителя или тотем в виде животного, растения или явления природы и относились к одной брачной фратрии, или, как говорили аборигены, одному типу кожи . Многие племена имели четыре фратрии, хотя нередко их было восемь и даже нечетное число. Система фратрий исключала кровнородственные браки внутри племени. Так при четырехчленном делении, мужчины и женщины определенной фратрии могли искать жену или мужа только в одной из четырех фратрий, а с остальными тремя, включая собственную, брак запрещался. Нарушение запрета брака каралось смертью.

Брак обычно устраивали старшие. Молодой человек имел мало шансов получить невесту по вкусу. Невесту ему выбирали влиятельные пожилые мужчины рода. В племени тиви юноше, прошедшему инициацию, обычно обещают в жены еще не родившуюся дочь от сверстницы из «правильной» фратрии: она уже замужем за мужчиной, по возрасту годящимся ей в отцы. С этого момента юноша начинает «зарабатывать» невесту, доставляя ее матери часть добытой дичи. Но жизнь идет, и молодой человек не только мечтает о грядущем счастье, но оглядывается по сторонам и лет в тридцать, если он хороший охотник, женится на женщине, часто старшей по возрасту, вдове одного из усопших патриархов. Позже он обзаводится более молодой вдовой.