Запросы плоти. Еда и секс в жизни людей

«…– Твое тело такое теплое, а снаружи так холодно, – запротестовала она, – я не хочу, чтобы ты простыл. Почему бы тебе снова не направить это мне в рот?

Симэнь Цин был тронут и польщен ее предупредительностью:

– Я уверен, что ни одна другая женщина так бы обо мне не позаботилась, – сказал он.

Золотой Лотос приоткрыла рот чуть шире, и он направил туда член.

Она торопливо глотала, не позволяя ни капле пролиться на лицо.

Закончив, он спросил: – Как было на вкус?

– Немного солоновато, – ответила Золотой Лотос. – У тебя есть ароматные листья чая, чтобы отбить запах?

– Чай в мешочке, в кармане рукава моей куртки. Угощайся.

Золотой Лотос потянулась к белой куртке, брошенной на стойку кровати, нашла мешочек и сыпанула листьев в рот».[171]

Здесь налицо явный вызов учению даосов. Драгоценное семя, цзин, вместо укрепления ян, тратится на забавы, не связанные с продлением рода. Симэнь мог знать об этом смутно, но никак не автор «Цветов сливы в золотой вазе». В романе нет сцен куннилингуса и онанизма, но это не значит, что китайцы прекратили их практику. В известном романе Ли Юя «Подстилка из плоти» (XVII в.) встречается как куннилингус, так и женская мастурбация. Что касается мужского онанизма, то даосы его осуждали за растрату цзин (хотя онанизм без потери семени входил в число даосских упражнений). В среде героев «Цветов сливы в золотой вазе» и «Подстилки из плоти», избалованных доступностью женщин, в онанизме нужды не было. Нет в этих городских романах и скотоложства.[172] Зато там хватает всевозможных приспособлений для усиления сексуальных удовольствий. Ниже описано боевое снаряжение все того же Симэня. Любопытна и обстановка, предшествующая этой демонстрации: