Затерянный мир Дарвина. Тайная история жизни на Земле

Ничто не впечатляет сильнее, нежели перемена ландшафта, перехода от суровости гнейсового района [Льюис] к плоским полям, разбухшим болотам и длинным прерывистым хребтам, сложенным из [торридонского] песчаника. Но в глубине региона, где [торридонский] песчаник встречается главным образом в виде отдельно стоящих холмов, он придает виду замечательные смелость и величие. Поднимаясь над гнейсовыми холмами, представляющими собой следы темного грохочущего моря, мы замечаем линию колоссальных пирамид высотой от двух до трех тысяч футов [ок. 600–900 м], которые, хотя и отстоят на несколько миль, своими размерами превращают более близкие высоты в простые выпуклости на изрезанной равнине. Их отвесность усиливает впечатление от их видимого размера. Они, почти лишенные растительности, заперты между почти горизонтальными слоями… Склоны некоторых из них, например остроконечного Силлвена, почти столь же крутые и правильные, как у египетских пирамид, но по высоте и объему горы многократно превосходят высочайшую египетскую пирамиду. Их цвет также создает иллюзию. Своим темно-красным оттенком, который в лучах заходящего солнца превращается в ярко-фиолетовый, они контрастируют с холодным серым тоном гнейсового участка под ними – так же, как выкрашенное в теплый тон здание контрастирует с дорогой или улицей. [Галька в составе гнейсов] почти вся окатана водой: она, как правило, кварцевая или полевошпатная, хотя значительная доля ее яшмовая… Мне не удалось обнаружить в гальке ничего органического[183]

.

Красные торридонские песчаники можно лучше всего рассмотреть в окрестностях самого озера Лох-Торридон[184]

. До 1856 г. торридонские песчаники сравнивали с аналогичными песчаниками с восточного побережья, около Абердиншира и Кейтнесса, возрастом всего 370 млн лет и с большим содержанием ископаемых рыб. Но в торридонских песчаниках остатков рыб до сих пор не обнаружено. Хью Миллер провел в поисках целое лето и не преуспел. А если даже он не сумел найти обожаемые окаменелости, то, вероятно, никто не сможет. Это напоминает нам, что одна окаменелость стоит для науки больше, чем целый холм породы, ведь она может изменить взгляд на историю Земли.

Отсутствие окаменелостей в красных торридонских песчаниках вынудило Родерика Мерчисона принять неоднозначное решение. Вынужденный признать, что его растущая силурийская империя не может поглотить эти слои, Мерчисон выкинул серию Торридон без окаменелостей в “мусорную корзину” стратиграфии: в кембрийскую систему по Седжвику. К 1888 г. кембрийский период был разделен по окаменелостям: оленеллус, каллавия и т. д. Тем не менее в торридонских песчаниках до сих пор не обнаружено ни одной из этих маркирующих окаменелостей. В итоге Арчибальд Гейки еще раз прибрался в стратиграфии и сложил надоевшие красные слои в следующую “мусорную корзину”: в докембрий. К тому времени “мусорная корзина” докембрия начала потихоньку наполняться.

К первому решению