Завоевание Туркмении

В траншейном карауле и на работах в этот день вплоть до вечера находились следующие части, наряженные туда еще накануне вечером: 14-я, 15-я и 16-я роты Апшеронского полка и полурота из охотников. В частной поддержке у них стояли 1-я и стрелковая роты 13-го Туркестанского батальона. В общем резерве у Ольгинской калы, к вечеру 28-го декабря, находились: 3-й батальон Ширванского полка, 2-я и 3-я роты 1-го батальона того же полка и 3-я рота 5-го Туркестанского линейного батальона.

Части эти, как очередные на работу, прибыли в 5 часов пополудни к Ольгинской кале, чтобы оттуда двинуться на смену частям, занимавшим траншеи. Но по прибытии к кале они были задержаны тут траншей-майором для ознакомления всех офицеров этих частей с предстоящей в эту ночь и на следующий день работой, а также для ознакомления по плану с исполненными уже работами.

Уже стемнело, и очередные на работу части еще не выступали от Ольгинской калы, как вдруг замелькали огоньки ружейных выстрелов, почти моментально распространившиеся с левого фланга наших траншей по всей линии. Затем послышались залпы и крики. Неприятель в больших массах обрушился одновременно на фронт траншей правого фланга атаки, между редутом № 2 и батареей № 3, на наш правый фланг, в пространство между редутами № 1 и № 2 и в обход всей нашей линии траншей к кале Ольгинской.

Текинцы наступали почти исключительно с холодным оружием (с шашками, которыми они отлично владеют). Большинство босиком. с голыми руками и ногами, многие с непокрытыми головами и даже без рубах.

Текинская конница пошла в тыл наших позиций, вероятно с целью ударить на лагерь. Обстановка, при которой произошло нападение, была следующая:

Вечером 28-го декабря, около 6-ти часов пополудни, производитель инженерных работ правого фланга капитан Яблочков, совместно с офицерами Кавказского саперного батальона, приступил к разбивке новой линии траншейных работ которые назначались для исполнения за ночь. По принятому порядку, офицеров при разбивке сопровождало пять человек сапер и пять человек из роты охотников.

В это время в передовых траншеях правого фланга находились. 14-я рота Апшеронского полка, занимавшая редут № 2, 15-я рота того же полка, охранявшая 2-ю параллель, и 16-я рота, занимавшая выходы из 2-й параллели и мортирную батарею № 5.

Близ батареи № 3, вооруженной 9-ти фунтовыми дальнобойными орудиями, вправо от нее стояла полурота охотников, которая должна была заложить секреты одновременно с разбивкою линии новых работ к западу от батареи № 3. В соседних траншеях левого фланга атаки находились: 9-я рота Ставропольского полка и пришедшая ей на смену 11-я рота того же полка.

В частной поддержке ротам Апшеронского полка стояли: стрелковая рота 13-го Туркестанского линейного батальона, занимавшая редут № 1, и 1-я рота того же батальона, прикрывавшая осадную батарею № 1.

Лишь только инженерные офицеры отошли шагов 150 от батареи № 3, как сопровождавшие их саперы и охотники увидели густые массы неприятеля, хлынувшего, почти без шума, к нашим траншеям; кучки разбивавших работы бросились бежать обратно; но не к батарее № 3, откуда вышли на работу, а на траншеи, занятая апшеронцами. Между тем, роты, в свою очередь, заметили приближающегося неприятеля и приготовились уже для стрельбы залпами, как подбежавшие в это время часть сапер и охотников закричала им «не стреляйте, свои!» Это несчастное обстоятельство было причиною, что апшеронцы пропустили хороший момент для стрельбы и встретили противника огнем только тогда, когда он был уже в нескольких шагах от них. Текинцы, для производства вылазки, скрытно для нас собрались за тремя калами, лежащими в 400 шагах перед мортирной батареей № 5 (Эти три калы, по взятии их на другой день нашими войсками получили название Великокняжеской позиции).

Главная атака неприятеля была направлена на траншеи нашего правого фланга и в обход этого фланга. Числительность неприятеля не может быть определена с точностью, но по району, занятому при его наступлении, по упорству боя, можно считать, что его было 4–5 тысяч.

Стремительным, как лава, натиском текинцы, не смотря на наш ружейный огонь, с одними только шашками прорвали линию наших траншей и заставили апшеронцев отойти назад после горячей схватки в рукопашную.