Здесь мой дом

Постепенно сработались, научились понимать друг друга с полуслова. Эйно продумывал каждый шаг, ни единого лишнего движения не делал с тяжелой пилой, перекуры стали короткими, да и количество их уменьшилось. Через десять дней вышли на сто двадцать процентов. На этом показателе и держались до конца зимы. Летом заготовки продолжались, ревели на дорогах мощные лесовозы. Лишь на несколько дней бригада Туоми снизила выработку — переходила на новую делянку. И снова на доске показателей у конторы леспромхоза в первой строке появилась фамилия Туоми. Бригада заготовила семьдесят кубометров за смену!

Вскоре бригада Туоми и впрямь стала школой передового опыта — почти каждый день у них были стажеры, ученики. За три года в бригаде было подготовлено более пятидесяти электропильщиков.

Уровень заготовок в бригаде Туоми неуклонно возрастал, а когда пришли облегченные пилы К-5, Эйно далеко обогнал все бригады леспромхоза.

В мае 1949 года ему вручили Почетную грамоту за подписью О. В. Куусинена. В торжественной тишине зала четко звучали слова: «Туоми Эйно Вилхович, Президиум Верховного Совета Карело-Финской ССР за образцовую стахановскую работу и инициативу по внедрению в лесную промышленность республики электропил награждает вас Почетной грамотой».

В 1950 году в семье Туоми было две больших радости: родилась третья дочка — Эдна, а в октябре бригада Эйно догнала прославленный коллектив А. П. Готчиева — стала заготавливать по сто десять кубометров леса в день.

Жилось в Приладожье хорошо, но все же тянуло в Матросы. В 1954 году вернулись в родной поселок — домой. Эйно снова стал работать слесарем в мастерских, снова вокруг были старые друзья. Собирались всей семьей в отпуск, и вдруг — новость. Ранним воскресным утром в окошко постучал сосед Арво Санкари:

— Эйно! Айли! Вы меня слышите? Большое событие! Вот свежая газета, читайте!

Айли, девочки, пившие на кухне парное молоко, облепили отца, смотрели недоуменно на его побледневшее лицо, на дрожавшую в руках газету. Там был напечатан. Указ о награждении Эйно Вилховича Туоми высшей наградой Родины — орденом Ленина.

* * *

…В пионерской комнате 27-й Петрозаводской школы нет ни одного свободного места. Инга сидит за первым столом, и ей хорошо видно, как дедушка то и дело поправляет очки, покусывает бледные, пересохшие губы.

— Я сказал Инге, что человек всегда должен держать свое слово, и вот я выполняю свое обещание, — начал Эйно Вилхович. — Выполняю его с радостью, потому что мы собрались с вами, ребята, в чудесный день. Сегодня день рождения Владимира Ильича Ленина, нашего родного Ильича, вождя мирового пролетариата. Все, что мы делаем, мы делаем по его заветам: трудимся на благо народа, боремся за мир, хотим, чтобы день завтрашний был лучше, чем день сегодняшний.

Мы живем в единой семье советских народов, живем как братья, помогая друг другу. Живем дружно, как пальцы на стальной рабочей руке, которую никто не согнет, которой никакие трудности не страшны.

У каждого человека есть Родина. Я родился в США, вырос в Канаде. Но эти страны не стали для меня родиной. Они были для моего отца, для меня, рабочего человека, злой, угрюмой мачехой.

В детстве далеко от России я услышал имя Ленина, а повзрослев, я познакомился с его книгами, с его учением. Я был не одинок, многие мои сверстники, как и я, выбрали путь борьбы за счастье всех рабочих людей на земле. Я всегда был благодарен моему отцу, стойкому коммунисту, который раскрыл мне глаза на правду, который воспитал своих детей марксистами-ленинцами.

Два моих брата стали известными деятелями Компартии и профсоюзов Канады, младшая сестра — активистка движения сторонников мира. Они были у нас в Москве, мы встречались, вспоминали прошлое, думали о будущем. В 1957 году в Советский Союз приезжал мой отец. Я сказал ему:

— Всю жизнь я шел по честной дороге, которую ты мне указал. Спасибо, отец, что ты мне первым рассказал о стране Ленина. Я горжусь, что стал ее сыном. Я делал все, чтобы быть достойным ее.

Да, у каждого человека есть Родина-мать. У каждого человека есть звездный час — лучший час, день, месяц, год его жизни. Для меня таким годом стал 1933-й.

Что же произошло тогда в моей жизни? Однажды погожим майским утром меня, тракториста Матросского механизированного лесопункта, направили в Петрозаводск в распоряжение треста «Карелгранит».

И вот в Петрозаводске мне говорят:

— Товарищ Туоми, будете вместе с нами на своем тракторе строить памятник Ленину в центре столицы Карелии…

Это была большая честь, большая ответственность. Трактор «Коммунар-50», на котором мы возили санные поезда с лесом, был первым советским гусеничным трактором знаменитого Кировского завода. В тот год их было всего четыре в нашем лесном крае.

Серый гранит отыскали на острове Гольцы в Онежском озере, он понравился автору памятника ленинградскому скульптору Манизеру, и горняки стали добывать гранитные блоки. Вес некоторых, особенно тех, что шли на пьедестал, превышал десять тонн. Сам памятник тесали лучшие каменотесы под руководством знаменитого мастера Хохлова.