Здравствуй, брат, умри

— Зачем может быть нужен котенок? Для того чтобы вырастить из него кошку. У меня у матери спина болит сильно. Как ночь — так спина начинает давить. Ты можешь представить, что такое, когда всю ночь болит спина?

Представить я мог. Ночи у нас длинные. Очень.

— А она прочитала, что кошки хорошо радикулит лечат. Если к спине прикладывать кошку…

— Мертвую? — глупо спросил я.

— Не, все-таки ты дурак, парень с драги. — Эн покачала головой. — Какой смысл прикладывать к радикулиту мертвую кошку? Конечно же, нужно прикладывать живую! Живая кошка теплом исцеляет, она все лечит. Мама очень хочет кошку.

— А как же биокарантин? — спросил я.

Эн фыркнула.

— Нет, существует же биокарантин…

— Так и скажи, что не можешь, — улыбнулась она.

У нее самая красивая улыбка. Определенно самая красивая улыбка, какую я только видел…

— Все парни — хвастуны, — сказала Эн. — Болтают все время — мы все можем, мы все можем, а как приходит время привезти что-нибудь из рейда, они начинают ныть — нет, я не могу, у нас же биокарантин…

Я не дурак, у меня от вибрации мозг еще не совсем расслоился, Эн зря говорит, с мозгом у меня все в порядке, я понимал, что вот сейчас она меня просто провоцирует самым обычным и зауряднейшим способом. Я все это прекрасно понимал и тем не менее сказал:

— Как я его провезу? Нас же будут после проверять…

Наверное, все-таки я на самом деле дурак. Но у Эн такие красивые глаза…

— Котеночек — он же маленький. — Эн показала пальцами, какой именно бывает котеночек. — Его можно легко упаковать… Где-нибудь спрячешь в кармане и провезешь. Вам же выдают фризеры. Ты котеночка возьмешь, заморозишь, а потом, уже здесь, разморозишь. И он вырастет…

— Но ведь…

Это уже не нарушение правил, это — преступление. «Умышленное нарушение биокарантина и провоз представителей экзо-фауны», кажется так. За это можно лет двадцать в Постоянной Экспедиции получить. Без права на свидания. Без выходных.

— Да никто не узнает, — заверила меня Эн. — Это будет нашей маленькой тайной. Нашей первой тайной.

И она улыбнулась обворожительно и загадочно, так что у меня тяжело потянуло в солнечном сплетении.

— А если кто-нибудь узнает, ты скажешь, что он сам пролез.

— Как?

— Так. Котенки — они же жутко пронырливые, это же всем известно. Вот он и пронырнул. А твоей вины в этом нет, ты ни при чем.

— Ну да, у меня в кармане найдут мороженого котенка, а я не виноват!

Эн отвернулась.

— Давай я тебе привезу цепочку, — предложил я. — Или еще лучше — жемчуга. Ты видела жемчужину? Это очень красиво…

— Я сказала, котенка. — Эн даже топнула ножкой.

Она очень упрямая. Самая упрямая девчонка, какую я знаю. Если что-то ей взбредет в голову — обязательно добьется. Это хорошее качество… В умеренных дозах. А у Эн доза этого качества просто огромная. Подавай ей котенка! Но ведь это ненормально, почему я должен искать на планете какого-то котенка? Может быть, там никаких котят уже давно нет? Вымерли. Или редко встречаются, я попробовал было переубедить Эн, что от котенка следует отказаться.

— Послушай…

Конечно, она не переубедилась.

— У меня мама каждую ночь разогнуться не может, ей нужна кошка, — строго сказала Эн, — так что мне ничего про карантины рассказывать не надо. И про жемчуг слушать не хочу. Привези мне котеночка. А не хочешь, так я с кем-нибудь другим поговорю, вас в рейд много идет.

— Ну да, — усмехнулся я, — поговори. Поговори с Бугером.

— А хоть бы и с Бугером! Бугер — парень смелый!

Зря я про Бугера сказал. Бугер — человек, склонный к авантюризму, он может и согласиться на котеночка. Если уж он говорит, что видел настоящий фильм… Если Бугер согласится, мои шансы на Эн несколько уменьшатся. Мне не нужен Бугер в конкурентах. Мне вообще конкуренты не нужны: в ситуации, когда на одну родившуюся девочку приходится два с половиной родившихся мальчика, о конкуренции думать не хочется.

Хочется не хочется, а думаешь.

— Ладно, — я поднялся со скамейки. — Ладно. Я попробую.

Эн тут же благодарно схватила меня за руку.

— Я попробую. Но ничего не обещаю, неизвестно, куда еще меня направят. А вдруг в охотники определят? Если в охотники определят, мне не до котеночков будет…

— Тебя не отправят в охотники. Молодых всех в поисковые партии определяют, ты же сам знаешь. А поисковые партии бродят везде. Вот вы будете бродить и, конечно же, набредете на кошек. Ты же видел мультфильмы, кошки и собаки, они в планетарных городах в изобилии…

Я хотел сказать, что это несколько не так, но Эн уже мечтала:

— Ты его аккуратненько так подманишь, поймаешь, заморозишь и привезешь сюда. А тут я его отморожу. Сама отморожу, чтобы правильно отморозился, не потрескался. Я его разморожу, а он вырастет и станет большим-пребольшим, станет настоящей пушистой кошкой и будет лечить спину не только моей матери, но еще и тебе — у операторов драги все время то руки болят, то спина, то еще что. Мы станем все лечиться этой кошкой, а потом все увидят, что от кошки нет никакого вреда. И тогда этот дурацкий карантин отменят, и все, кто захочет, начнут привозить кошек и других зверей. Ты представь, как у нас тут станет весело!