Здравствуй, брат, умри

— Ты прав, — кивнул Хитч. — Там есть чудовища. И, может быть, даже с отверстыми пастями. В тот рейд наша команда искала пластик, тогда колонии был нужен пластик. Мы ехали на танке, а сзади фургон и плавильный пресс. Мы собирали весь попадающийся пластик, плавили его, а потом прессовали, хорошо тогда собрали, до сих пор этим пластиком пользуемся. И вот мы нашли город. Такой небольшой, одноэтажный, малюсенький. А в этом городе бутылочный завод, раньше воду разливали в пластиковые бутылки. Это большая удача — найти такой завод. Бутылки делали из таких белых гранул, и на этом заводе мы нашли эти гранулы… Очень много. То есть мы сразу выполнили все свое задание и дальше могли уже не собирать никакого пластика, а заниматься чем угодно…

— А есть еще конфетные заводы, — перебил Бугер. — Если наткнешься на конфетный завод…

— Заткнись, Бугер, — злобно сказал Хитч. — Я же рассказываю!

— Ладно, ладно. — Бугер миролюбиво поднял руки. — Молчу.

— Если найдешь конфетную фабрику, то на четыре года дают повышенный рацион, — сообщил Джи.

— Нет, я так не буду! — разозлился Хитч. — Я рассказываю, а вы через каждую минуту перебиваете! Я ведь вам могу просто приказать меня слушать, вы будете обязаны повиноваться!

— Мы больше не будем перебивать! — заверил я. — Джи, Бугер, заткнитесь, начальник рассказывает!

Хитч подулся еще немного, потом продолжил голосом, как на старых носителях:

— Мы разделились на две группы и стали обследовать городок. Ничего интересного, в маленьких городках вообще мало чего интересного встречается, их разграбили еще во время эпидемии. А многие сгорели еще потом не по одному разу. Одним словом, город заурядный. Кроме пластиковой фабрики там был еще завод резиновых лодок, тоже полезная вещь, но мы его решили напоследок разобрать. И вот как-то вечером, когда солнце уже садилось, я отправился в большой дом, расположенный на отшибе. К тому времени стало уже окончательно понятно, что ничего опасного в городе нет, и мы в нарушение устава разгуливали в одиночку. Когда я добрался до этого дома, солнце почти уже опустилось, наступило странное, переходное состояние между днем и ночью, которое называется сумерками. Обычно в таких домах можно найти украшения, я хотел что-нибудь выбрать своей подружке. Двери в доме оказались закрыты, что было хорошим признаком, это означало, что дом вполне может быть еще и не растащен. Дверь я вышиб, вошел внутрь и стал обследовать второй этаж. Чутье меня не подвело — в одной из комнат обнаружился ящик, в котором хранились драгоценности. Я принялся набивать карманы браслетами и камнями, как вдруг увидел тень! Она мелькнула за спиной, а ее отражение в серебряном кольце, я резко обернулся. Никого. Комната была пуста. Но мне стало не по себе. Я понял, что переутомился, и решил вернуться к танку, перекусить и хорошенько отоспаться. Я осторожно спустился вниз и вышел во двор…

— И что?! — не выдержал Джи.

— Оно там было. Во дворе. Огромное, страшное, похожее… Короче, на человека не походило совсем. И на голове такие как бы змеи, и они шевелятся, шевелятся. Настоящее чудовище. Оно меня не заметило, к счастью — я так в стену вжался, что кирпичи затрещали. А оно постояло, понюхало воздух, а затем убежало. Потом я их видел еще несколько раз. Редкостные уроды. Они появляются в сумерках и бродят по городам…

— Что им нужно?! — опять не удержался Джи.

— Планета, — просто ответил Хитч. — Им нужна планета. Они исследуют планету для того, чтобы ее заселить. Такие сумеречные чудища.

Хитч замолчал.

— И что? — спросил я. — Они на людей нападают?

— Честно говоря, я не знаю, — сказал Хитч. — Но то, что люди пропадают, это точно. И они пропадают в сумерках. Чуть человек зазевается, не успеет к танку возвратиться… и не возвращается уже вообще.

— Это чудовища их убивают? — негромко спросил Бугер.

— Нет, тут все сложнее… Я слышал… Мне один парень рассказывал, что чудовище подстерегает человека, утаскивает его к себе в логово, после чего кусает в шею. И все, человек заражается. И через некоторое время он начинает превращаться. Сначала у него выпадают зубы, потом удлиняются руки и ноги, кожа шелушится, краснеет и начинает отслаиваться от кончиков пальцев. Медленно, а затем быстро, кожа слезает, как чулок, человек орет от боли. Но это только начало, потому что из-под кожи прорастает чешуя. Глаза загнивают и вытекают, а на их месте проклевываются такие отростки…

Бугер погляделся в полированную стену, проверил, на месте ли его глаза.

— И все это уже нельзя остановить, потому что мозг тоже изменяется, через несколько дней человек перестает быть человеком, он становится чудищем. И очень хочет есть — потому что на преобразование требуется огромное количество энергии. Чудовище чувствует голод и…

— Хватит, Хитч, — остановил его я. — У нас ужин впереди.

Хитч согласно покивал.

— Ужин — это важно, — сказал он. — Очень важно. Один парень из соседней партии тоже все время боялся пропустить ужин…

Хитч сделал паузу, затем продолжил:

— А потом сам попал на ужин.

— А если серьезно? — спросил я. — Если серьезно, Хитч? Мне отец никогда не рассказывал про…