Зеленое движение в Гражданской войне в России. Крестьянский фронт между красными и белыми. 1918—1922 гг.

В Новоузенском уезде дезертиров насчитывалось до 12 тысяч. В Старо-Полтавской волости предполагались конные отряды дезертиров. Местная власть проводила облавы. Так, 1 декабря облавой захвачены 60 дезертиров. В Дьяковской волости облава встретила вооруженное сопротивление, участники арестованы. В Петровском уезде скрывалось около 3 тысяч дезертиров, из них половина злостных. Дезертиры ночью находятся в деревнях, днем скрываются. Милиция бессильна. В Новоузенском уезде способствует дезертирам организация толстовцев, которая ведет пропаганду против войны, и из их же среды находятся организаторы отрядов, которые дают помощь дезертирам; крестьяне охотно поддаются этой организации. Мобилизованные в Красную армию не получали ни пищи, ни помещения, из-за чего проявлялось большое недовольство. Это тоже способствовало дезертирству (сводка за 22–24 декабря)⁹⁵

.

В южной части Бузулукского уезда Самарской губернии вспыхнуло восстание при участии дезертиров 220-го полка (25 марта 1919 г.)⁹⁶

. Уже после окончания крупных вооруженных выступлений в губернии было весьма тревожно. Политическое положение губернии ввиду близости фронта нельзя считать спокойным, отмечала сводка в августе, – вспыхивают восстания крестьян из-за действий продотрядов и бесчинствующих воинских частей. В Августове Пугачевского уезда борьба с дезертирством и самогоноварением не велась (16 августа). В то же время в Бугульминском уезде мобилизация проходила успешно, при «прекрасном» настроении мобилизованных (3 сентября). Возможно, сказались активные боевые действия в районе между РККА и Российской армией накануне⁹⁷

.

В то же время вооруженные вспышки, с неизменным участием дезертиров, не прекращались. Вооруженное дезертирство Маломалышевской волости Бузулукского уезда превратилось в вооруженную шайку, грабившую население. Шайка выловлена отрядами (сводка за 1 августа – 1 сентября). В Вольском уезде соседней Саратовской губернии обнаружилась «вооруженная организация дезертиров», которую упорно покрывало местное население. В пригородных волостях Кузнецкого уезда той же губернии были скопления дезертиров⁹⁸

.

Калужская губерния не дала массового повстанческого движения в 1919 г. Ф.А. Степун весной 1919 г. перебрался в калужское имение и зафиксировал настроения местных мужиков. Округа промышляла сеном и углем, так что запрет вольной торговли, отобрание лошадей и непомерные штрафы озлобили мужиков. «Поначалу среди верхушки кулаков были надежды на Белое движение, но после многих возмущенных рассказов отпускных красноармейцев, что Деникин не только «против коммунистов и жидов, но и за помещиков, которым возвращает землю», наступило горькое разочарование. Такой оборот дела никому не нравился и ни в чьи расчеты не входил. Оставалось надеяться на свои силы, но все сознавали, что сил нет, и куражились разве только в пьяном виде». Богатый крестьянин заявил автору, что восстание можно было бы поднять при отмене винной монополии. Дайте перепоить уезд, и «я вам всех товарищей в три дня топорами перебью, да и ружьишки найдутся… Ну а в трезвом виде не осилить. Малодушен народ, да и согласия в нас нету. Беспортковая сволочь вся к товарищам тянет, и кругом шпики. А впрочем, мы еще посмотрим, чья возьмет. Потягаемся…» Зарисовка Степуна позволяет понять, почему наиболее, казалось бы, страдающая от новой власти и авторитетная часть деревни не спешила подниматься на открытую борьбу. Эти люди брали свое на поле хозяйственной деятельности. Степун с удивлением отмечает, что крупнейшие кулаки в его местности без большого ущерба пережили все конфискации и ущемления военного коммунизма, а на 1938-й год уверенно руководили крупными совхозами, оставшись при привычном благополучии. Весьма интересно, откуда «возмущенные рассказы» красноармейцев-отпускников? Продукт ли это реального опыта или же агитационных усилий политработников частей РККА?⁹⁹