Земля и космос. От реальности к гипотезе

Вплоть до 100 года н. э. население Земли удваивалось в среднем каждые 1400 лет. Это исключительно медленно. Если семейная пара имеет всего четверых детей и после того, как те становятся взрослыми, немедленно умирает, население Земли будет убывать всего за поколение — примерно за тридцать лет. Однако большинство детей в те времена не доживали до пяти лет, а совершеннолетия и вовсе достигали немногие — и даже из них редким счастливчикам удавалось отпраздновать тридцатилетие. Жизнь была тяжела и трудна, а смерть ходила поблизости.

В мировой литературе есть много строк о быстротечности жизни, но в наши дни мы либо не читаем эти строки, либо неправильно их понимаем.

В «Илиаде» Гомер говорит о Несторе, который «пережил два поколения своих подданных и правит третьим». Мы, естественно, думаем о нем как об очень старом человеке, но мы ошибаемся. Ему, по всей видимости, около шестидесяти, но в его царстве это возраст достаточный, чтобы он правил внуками тех, с кем родился и кто уже был похоронен.

Наиболее ранними обществами управляли разного рода старейшины. У римлян был сенат — это слово произошло от латинского слова, означающего «старый», так что сенатор — это римский старейшина. Но не могли же управлять страной те, у кого наверняка начался старческий маразм?

Не могли! В ранних обществах любой, кому перевалило за тридцать пять, был старейшиной. Любопытно в этой связи вспомнить, что участие в нашем «совете старейшин», сенате Соединенных Штатов, требует минимального возраста тридцать лет. Отцы-основатели, создавшие в 1787 году конституцию, видимо, основывались на своем возрасте. Если бы они приступили к сочинению конституции сейчас, наверняка возраст был бы не меньше сорока лет.

Даже во времена Шекспира представление о пожилом возрасте отличалось от современного. «Ричард II» начинается с удивительных строк: «Мой добрый Гант, Ланкастер престарелый» (перевод М. Донского. — Примеч. пер.) — и из-за этих строк во всех пьесах Ганта играет человек, которому на вид лет 150 и который может лишь кое-как ковылять по сцене. На самом же деле во времена, когда эту пьесу только начали играть, «добрый Ланкастер престарелый» имел возраст всего пятьдесят лет.

Вы можете подумать, что Шекспир сделал эту ремарку случайно. Тогда я приведу другой пример: в «Короле Лире» граф Кент описывает себя таким образом: «За горбом у меня сорок восемь лет» (перевод М. Кузмина. — Примеч. пер.), но, несмотря на этот нестарый для нас возраст, позднее в шекспировской пьесе Кента называют «старым грубияном».

Легко понять, почему первое повеление божества человечеству, записанное в Библии, выглядит как: «…плодитесь, и размножайтесь, и наполняйте землю…» (Книга Бытия, 1: 28).

Если в тяжелых условиях, что существовали в древности, человек не плодился бы с большой интенсивностью, он не сумел бы размножаться. Только произведя столь много детей, сколько он был способен, человек мог надеяться, что кто-то из них проживет достаточно долго, чтобы иметь собственных детей.

Но времена изменились! Теперь земля плодородна, и сейчас нет необходимости иметь очень много детей в надежде, что кто-нибудь выживет. Те, кто принимает слова Библии буквально, не понимая, что они относились к определенным условиям, и кто считает, что они пригодны и в любое другое время, наносят обществу колоссальный вред. Если говорить религиозным языком, то они выполняют работу дьявола. Поскольку условия жизни улучшились и уровень смертности понизился, а продолжительность жизни возросла, то время, требуемое для удвоения населения Земли, уменьшилось. Ниже приводятся оценки «времени удвоения» на различных стадиях истории:

до 100 года н. э. 1400 лет

100–1600 годы н. э. 900 лет

1600–1800 годы н. э. 250 лет

1800–1900 годы н. э. 90 лет

1900–1950 годы н. э. 75 лет

1950–1969 годы н. э. 47 лет

Отсюда можно видеть, что страшно не столько то, что население растет, а то, что растет скорость этого роста. Именно это и делает положение угрожающим. И эта скорость выше всего там, где ситуация наиболее опасна. На Филиппинском архипелаге время увеличения роста населения в настоящее время обещает удвоение через 22 года.

Это уменьшение скорости удвоения возникло из-за резкого уменьшения смертности. Хотя число рождений сократилось, этого оказалось недостаточно, чтобы компенсировать уменьшение смертности, причем сокращение числа рождений меньше всего относится к самым «малоразвитым» областям Земли.

Что мы можем сейчас сделать?

Для того чтобы принять какое-нибудь решение, давайте проясним одну вещь. Сложившаяся ситуация не может продолжаться бесконечно. Причем надо принимать меры уже не против роста скорости удвоения населения. Положение вещей еще хуже. Даже существующая скорость удвоения населения является чрезмерной.