Земля (СИ)

Креил откинул голову и вгляделся в панораму Аль-Ришада, открывавшуюся с шестидесятого этажа его квартиры. Прошло четыре месяца с тех пор, как Нигль-И покинул Землю. Четыре месяца, в течении которых Креилу становилось все хуже и хуже. Последние недели он уже не мог ходить и был вынужден пользоваться для передвижения инвалидным креслом. Искусственное тело постепенно переставало подчиняться и превращалось в бесполезный придаток. Уже скоро, Креил ощущал приближение этого с каждым новым днем, он не сможет проснуться и погрузится в вечную ночь под названием смерть. Многолетние страдания так иссушили его тело и мозг, что теперь, когда до этого дня оставался один шаг, он не чувствовал ни горечи, ни печали, ни сожаления о чем-либо. Жизнь была завершена, словно до конца сыгранная партия. Сейчас, анализируя этот долгий путь, он более чем когда-либо ощущал себя крохотной пешкой в чужих руках. Смерть жены, с которой он так и не смог до конца смириться, так бессмысленна и жестока была ее гибель, бесконечная болезнь, уничтожавшая его день за днем в течении многих столетий… Какой смысл был во всем этом? Человек, достигший немыслимых высот, признанный гений не только земной цивилизации, но и еще десятка планет, он не мог сделать главного – жить своей собственной жизнью, делать, что хочется. Весь его долгий путь состоял из бесконечного принуждения и отказа от личной жизни.

Солнце коснулось краешком горизонта, открасив все вокруг в немыслимые цвета заката.

Лицо Креила скрывала маска, подававшая сейчас нужную смесь в его легкие. Без этого он не смог бы находиться в своей собственной квартире. Он вспомнил, с каким трудом удалось убедить ему Лао отпустить его сюда, на несколько часов, попрощаться со всем, что было ему так дорого в этой жизни. Креил боялся, еще чуть-чуть, и это его последнее желание станет неисполнимым.

Стайн, верный биоробот, привез его и оставил наедине со своими мыслями. Он был рядом, готовый откликнуться даже на мысленный зов хозяина. Специальный адаптер перевел бы мыслеобразы в понятный роботу язык.

Долгое время Креил провел в спальне жены. Прошли столетия с тех пор, как погибла Тина, но в комнате все оставалось по прежнему. Словно Креил надеялся, что когда-нибудь она вернется. Он перебирал ее вещи, давно утратившие запах живого и только благодаря специальному консерванту сохранявшие свой прежний вид.

– Стайн, – позвал Креил. – Собери это все, – он показал на гардеробную комнату, – и выброси. Это больше не нужно хранить.

Робот молчаливо выполнил приказ и закрыл опустевшие шкафы.

– Ты помнишь Тину, Стайн?

– Конечно, Лиде. Я помню все, что когда-либо случалось со мной.

– Несчастный. Мы, люди, можем забывать. Жаль, что это не всегда получается.

– Вы очень любили ее?

– Любил? Мне иногда кажется, моя жизнь закончилась на самом деле в день ее смерти. После этого, кроме бесконечной работы и страданий, мне нечего вспомнить. – Креил взял в руки флакончик из-под духов. Именно их когда-то так любила Тина. Роботы, послушные приказу, годами добавляли во флакон свежие духи взамен испарившихся. Креил с сожалением поставил флакон на туалетный столик. Он все равно не смог бы почувствовать запах.

– Я хотел поговорить с тобой, Стайн.

– Слушаю, Лиде. – Робот подошел совсем близко и неподвижно застыл.

– Я скоро умру. Но я не хочу, чтобы тебя демонтировали после моей смерти. Поэтому, я приказываю тебе перейти в подчинение Аоллы ван Вандерлит. А если она не сможет по какой-либо причине принять тебя, останься с Советником Строггорном ван Шером. Ты обещаешь беспрекословно подчиняться им?

– Обещаю выполнить ваш приказ.

– По новому закону, Стайн, ты знаешь, все роботы вашей серии демонтируются. Если никто из Вардов не захочет взять тебя, это станет неизбежным. Я говорил с Аоллой и Строггорном. Тебе не нужно волноваться. Или они, или кто-нибудь из Советников, заберут тебя.

Креил с горечью подумал, что одно из его лучших, как он считал, изобретений, биороботы, официально было признано неудачным. Случилось это вовсе не после согласованного бунта роботов, как предполагали фантасты. Живя столетиями вместе с людьми, медленно и постепенно эти роботы, обладая способностью к неограниченному развитию, приходили к выводу, а может и действительно становились совершеннее людей, которым подчинялись. Сначала один робот этой серии, потом другой, третий выходили из подчинения. Происходило это просто и без эксцессов. В один прекрасный день робот заявлял, что больше не будет починяться приказам человека. Никакими уговорами, корректировками программы, угрозами и чем угодно еще, невозможно было после этого заставить робота выполнять приказы. В конце концов было принято решение, не дожидаясь массового неповиновения, демонтировать всю серию и не производить больше роботов, способных к подобному неограниченному развитию. Закон делал только одно исключение, для роботов, находившихся в подчинение у Вардов. Никто не знал почему, но только у них роботы продолжали оставаться верно-послушными.

***