Я потратил около пяти минут, чтобы найти нужную комбинацию проводов. Перебрав десятки вариантов, я наконец-то её обнаружил. А ещё через пару минут я отправил сигнал SOS на Гиперион, снабдив его чёткими инструкциями.
Сняв очки, я положил их на место и размял руки. Довольно улыбнувшись, снял с себя мокрую от пота терморубашку и бросил её себе под ноги. Надев лёгкую курточку, осмотрелся и пошёл в сторону лифтов.
— Рейнхард говорил, что захваченный экипаж с планеты Вайшай находится на минус третьем этаже. Там расположен топливный отсек и вся автоматика, управляющая Вольверином. Без веской причины лучше туда не соваться.
Но пришельцы либо вообще не вдупляли, куда отправляли экипаж, либо им просто плевать на Вольверин.
Я остановился на мгновение задумавшись, и снова вспомнил слова Тонга.
— Нет, — усмехнулся я, без проблем добравшись до лифта. На этом этаже сейчас никого не было. Все пришельцы находились на первом, где сейчас были Тонг и земная девушка. Именно там была опасность, а не здесь. — Нет, не может быть. Они не собираются запускать этот корабль. Им нужно что-то другое. Они ждут кого-то другого, чтобы отправиться с захваченным грузом землянок в свою галактику.
Но почему не на Вольверине? Чем этот корабль плох?
Он может летать с огромной скоростью, превосходящей как световую, так и звуковую. Однако есть одна вещь, которую Вольверин не в силах совершить.
Каким бы мощным ни был корабль Рейнхарда, он не способен совершать варп-прыжки, преодолевая сразу несколько галактик. Центром командования было запрещено капитану Тонгу использовать эту функцию, и на корабле была произведена мощная перепрошивка, исключающая возможность гиперпрыжков.
Варп-прыжки, искажающие пространство и время, могут негативно сказаться на жизни землянок, которые перевозятся из одной академии в другую. Наша планета имеет мирную миссию, и мы, как стражи для землянок, не можем подвергать их жизнь опасности.
К сожалению, пираты и захватчики, похоже, не осознают этого. Судя по происходящему на их корабле хаосу, они, вероятно, не имеют представления о том, что такое разум.
— Тонг сам говорил, что Вольверин больше не может делать варп-прыжки. Хм… или всё-таки может?
Я задумался и вошёл в лифт. Нажал на кнопку минус третьего этажа и через несколько секунд оказался в отсеке автоматики.
Обойдя все доступные каюты и заглянув в отдел автоматики, я осознал, что на этом этаже нахожусь совершенно один. Под моим уровнем располагались только отсеки со спасательными капсулами, но там, конечно, не могли находиться пленные.
Меня охватил страх и недоумение: куда же исчез весь экипаж захваченного пришельцами корабля? Они что же убили всех вайшайцев?
— Капитан Рейнхард! — позвала я мужчину, который ходил между ящиками с оружием и с сосредоточенным лицом выбирал то, что хочет взять с собой.
— Да, Зарин. — Ответил капитан, не глядя на меня, откладывая на пол большое металлическое оружие с мощным магазином, в котором наверняка было столько патронов, что можно всех пришельцев одним махом замочить.
— Вы мне так и не ответили, куда подевалась моя подруга Светка?
Я села на один из ящиков с оружием и воззрилась на капитана.
— Разве? — Удивился он и отложил что-то ещё на пол. — Кажется, я сказал, что не успел её вытащить из вашей холодильной камеры. За ней пришли пришельцы и увели за собой.
— Что? — Ахнула и подалась вперёд, чуть не свалившись на пол. Но удержалась, крепко вцепившись пальцами в деревянные доски ящика. — Но почему вы не сказали мне об этом раньше? Светка, милая моя, родная. Что они с тобой сделали? Я уже иду за тобой.
Я вскочила и направилась к выходу из этого отсека. Сидеть и смотреть, как капитан выбирает себе оружие, словно девушка — платье на выпускной, я не желала. Нужно спасать подругу, раз больше некому.
— Куда это ты собралась? — спросил он так громко, что мне показалось, будто лампы на стенах замигали, а некоторые из них даже погасли.
— Я иду за Светой Гориной. — Спокойно ответила и только после этого медленно повернулась на капитана Рейнхарда.
— И ты знаешь, где она находится? На каком этаже? В каком отсеке? Кто её охраняет? Ты всё это знаешь? Ответь мне, землянка!
— Я не знаю. Но сидеть сложа руки не собираюсь. Пока мы тут битый час выбираем оружие, Светку могут пытать или ещё что похуже.
— Это что же? — Хмыкнул капитан. — Разве может быть что-то хуже пыток?
— Может… когда пришельцы… эм… а что если они её… того.
— Как сложно произнести такое простое слово девушке, у которой никогда и ни с кем ещё не было секса.
— Мне несложно. — Ответила я, вздёрнув подбородок. — Просто это ужасно.