Ж*па: Инструкция по выходу

— И дышите при этом «дыханием огня». Что это такое? Это шестьдесят-девяносто выдохов в минуту. Выдох резкий, акцентированный, — он резко выдохнул, так, что получился звук «пых!», — а вдох — как получается. Дышим за счет живота. Конечно, в позе натяжения живот очень сильно задействован, не будет заметно, как он ходит, но тем не менее попробуем! Я поставлю таймер, и завтра можете делать вместе со мной! Три минуты пошли.

Виктор добросовестно запыхтел, стараясь удерживать равновесие. Очень скоро это стало тяжело, потом невыносимо… В тот момент, когда очень захотелось бросить эту затею и послать подальше и упражнение, и Наставника с его семинаром, и адвоката Илью Петровича, Наставник снова подал голос:

— Примерно в это время большинство скажет: «Ой, не могу, не хочу!» Если так, то просто чуть-чуть расслабляетесь, — он откинулся на спину, поставив ноги на коврик, — делаете два вдоха-выдоха и продолжаете.

Виктор с наслаждением последовал его примеру. Теперь он смотрел на Наставника с гораздо большим уважением. Ему-то хоть бы хны, улыбается еще! Даром что возрастной дядька…

«Завязывать надо с пивом, фаст-фудом и прочей фигней, — думал Виктор, стараясь не сбиться с темпа „дыхания огня", будь оно неладно, — и спортом заняться давно пора, а то превращусь в развалину раньше времени. Конечно, абонемент в спортзал денег стоит, и времени всегда не хватает, но это отговорки для слабаков и лодырей. Кто хочет — ищет возможность, кто не хочет — ищет оправдание!»

— Так, что у нас со временем? — бодро поинтересовался Наставник. — Еще тридцать секунд… двадцать… десять… И расслабились! Сделали три-четыре глубоких вдоха-выдоха, и аккуратненько через правый бок поднимаемся.

Наставник поднялся и снова сел, скрестив ноги. Видно, эта поза была давно привычной для него.

— Почему, не поднимаемся рывком? — объяснил он. — Потому что при рывке очень резко уменьшается приток крови к голове и можно тупо отключиться. И включиться через некоторое время, но уже в другом состоянии.

Это пояснение оказалось весьма кстати — Виктор попытался подняться слишком резко и увидел на миг, как перед глазами замелькали темные мушки. «Вот еще вырубиться прямо здесь не хватало, — подумал он, — а на вид все просто…»

— Это упражнение, будучи сделанным прямо с утра, кардинальным образом увеличивает количество энергии в теле, — лучезарно улыбаясь, поведал Наставник, — и если вы человек нерешительный, на этом упражнении мы и останавливаемся.

Виктор вздохнул с облегчением и хотел было уже встать с коврика, но Наставник останавливаться явно не собирался.

— Если вы решительный человек, агрессивный человек, человек, у которого все хорошо с силой воли, вам необходимо сделать второе упражнение, которое накопленную в районе живота энергию сумеет поднять выше.

«Ну, это явно не про меня, — подумал Виктор, — надо признаться честно, что решительным человеком меня не назовешь, а уж агрессивным — тем более!»

— Если у вас редко или очень редко бывает интимная близость или уже давно ее не было и у вас образуется застой энергии в органах малого таза, то второе упражнение вам тоже прямо показано, — продолжал Наставник.

«А вот это точно про меня!» — Виктор снова опустился на коврик. Что правда, то правда, он уже и забыл, когда у него в последний раз что-то было с девушкой… После развода он несколько раз пытался знакомиться в барах, клубах или на сайтах знакомств, но получалось как-то кисло. Девушки, которые нравились ему, смотрели на Виктора как на пустое место, а от тех, что были «так себе, но с пивом потянет», потом было просто невозможно отделаться! Одна, работающая учительницей младших классов, толстенькая, рыженькая и смешная, потом целый месяц названивала — сначала кокетничала, говорила, что со-скучилась, а после рыдала в трубку и называла его подлецом и мерзавцем. Еле отделался!

Виктор тряхнул головой, отгоняя неприятное воспоминание, а Наставник улыбался так, словно собирался предложить своим виртуальным студентам что-то необычное, интересное и приятное.

— Итак, новое упражнение! Его, к сожалению, не очень легко делать, когда дома кто-то спит. Называется оно «саткрия», и в нем надо петь мантру «сат-нам». «Сат» — это истина, «нам» — призываю.

«Ну, точно йог, — решил Виктор, — позы всякие хитрые, теперь еще и мантру надо петь! Матушка бы не одобрила, ну да пусть ее».

Мать Виктора после смерти мужа вдруг стала очень религиозна, начала ходить в церковь и часто говорила, что «в Боге обрела утешение».

Правда, вера у нее была какая-то очень уж суровая, нетерпимая… В неизменном темном платке и длинной юбке мать в свои пятьдесят выглядит совсем старухой и осуждает всех — девиц в коротких юбках, слишком громко кричащих детей, автомобилистов, что сигналят под окнами, собачников, что выгуливают своих хвостатых любимцев по утрам… «Грех это!» — повторяет она с непоколебимой убежденностью, а уж всяких йогов и кришнаитов и вовсе считает слугами Сатаны.

Но вот Наставника ей бы вряд ли удалось смутить. Не тот это человек, сразу видно — не тот!