Женщина и война. От любви до насилия

В апреле 1943-го пятнадцатилетняя Мария Роса Хенсон (Maria Rosa Henson) была схвачена японскими солдатами, оккупировавшими Филиппины. Её заставили быть проституткой, или, чтобы не резало тонкий азиатский слух, «женщиной для утешения». В своей автобиографии она предала гласности тайну, которую утаивала пятьдесят лет.

Ещё одна книга о сотнях тысячах сексуальных рабынь японской императорской армии написана Джорджем Хикс: «The Comfort Women: Japan’s Brutal Regime of Enforced Prostitution in the Second World War», W. W. Norton & Company (октябрь, 1997)[196].

Ким Юн Шим (Kim Yoon Shim) вспоминала, как в 14-летнем возрасте её выкрали из дому и сделали проституткой: «Я прыгала на скакалке перед своим домом, когда рядом неожиданно остановился автомобиль. Прежде в нашей деревне никогда не было автомобилей. Водитель предложил мне прокатиться. Я села. Машина рванула с места и уже не останавливалась. В свою деревню я больше никогда уже не вернулась»[197].

Этих историй множество. А с чего же всё началось?

В 1932 году командующему японскими войсками в Китае генерал-лейтенанту Окамура Ясудзи стали поступать доклады об изнасилованиях местных женщин японскими солдатами на оккупированной территории Китая, провоцирующих антияпонские настроения. Поразмыслив, Окамура обратился к военному министру генерал-лейтенанту Садао Араки с предложением создать на оккупированных территориях «станции утешения», призванные улучшить взаимоотношения с местным населением и не допустить снижения боеспособности армии из-за распространения венерических заболеваний. Идея понравилась.

Первая «станция комфорта» была открыта в 1932 году в Шанхае, и первыми «утешительницами» стали японские проститутки, добровольно прибывшие из Японии. Со временем японский воинский контингент увеличился, женщины-добровольцы перестали справляться с возросшими нагрузками, и военное командование обратило взор на местное население, призвав молодых женщин трудоустраиваться на «станциях комфорта». В японских газетах и на оккупированных территориях – в Китае, Корее, Манчжурии – появились объявления о приёме на работу молодых женщин. Многие, откликнувшиеся на рекламный призыв, полагали, что их ждёт работа медсёстрами или фабричными рабочими; они не ожидали, что их станут принуждать к проституции. Постепенно вся территория Японской империи была охвачена «станциями комфорта». Однако военные изнасилования продолжались.

13 декабря 1937 года, во время второй японо-китайской войны, 6-я и 16-я японские дивизии вошли в Нанкин, бывший в то время столицей Китайской Республики. Во второй половине дня в порт прибыли две флотилии японского военно-морского флота.

В течение шести недель доблестные солдаты и матросы императорской армии убили в Нанкине 260 тысяч мирных жителей – по данным Токийского суда над японскими военными преступниками; до четырёхсот тридцати тысяч – по данным китайских исследователей. Японские историки, само собой, утверждают, что погибло не более пятидесяти тысяч. Источники разнятся, и точное количество погибших установить сложно: японские солдаты сбрасывали трупы в Янцзы, и течение уносило их в Восточно-Китайское море.

По документам, представленным Токийскому международному трибуналу, в Нанкине японские солдаты изнасиловали 20 000 китайских женщин, детей и старух. Многие из них были затем убиты. Китайские исследователи нанкинской резни утверждают, что эта цифра занижена, и говорят о 50 000 изнасилованных женщин. Через девять месяцев случилась другая трагедия: китайские женщины убивали нежеланных новорожденных…

Несмотря на доказанность Международным судом преступления в Нанкине, правительство Японии считает число жертв сильно преувеличенными. Некоторые японские политики отвергают факт геноцида, заявляя, что все факты фальсифицированы. Нанкинская резня, один из наиболее серьёзных случаев массовых убийств мирного населения, и поныне осложняет японско-китайские отношения.

Через 10 лет после открытия первого солдатского борделя, 3 сентября 1942 года, в Токио на совещании в военном министерстве подвели итоги бордельного десятилетия: армию обслуживало четыреста шестьдесят «станций комфорта». Они равномерно распределились по регионам: в Северном и Южном Китае – по сто станций, в Центральном – сто сорок, в Юго-Восточной Азии – сто. Ни одну дивизию не забыли. Даже в Южных морях и на Сахалине открыли по десять станций.

С расширением театра военных действий количество публичных домов увеличилось, и, когда объявления на работу перестали удовлетворять спрос, женщин начали завозить из индонезийских и филиппинских лагерей для интернированных лиц, насильно похищать в глухих деревнях, увозить от дома и насильственно принуждать к проституции. Рекруты шли на любой подлог, чтобы сагитировать молодых женщин заключить рабочий контракт.