Женщины в поисках любви. Истории о мечтах, разочарованиях и новом вечернем платье

– Да ничего! – Юля резко вернулась из своих блаженных мечтаний. – Дружки его меня вычислят, вот что. Так что убивать – не вариант. Вот почему я и пришла к психологу. Говорят, что вы умеете находить выходы из самых тупиковых ситуаций.

– Сказать по правде, убивать мужей мне еще не приходилось, – стушевалась я. – Но давайте что-нибудь придумаем. Ведь он вас любит? Это такая любовь?

– Да, удушающая.

– Ему бы сходить к психиатру, – сказала я. – Надо понять, там действительно что-то с мозгами или человек не умеет себя держать в руках.

– К психиатру? Все так запущенно? Да, я и сама понимаю. Хорошо, я поговорю с ним. Он сейчас ходит как пришибленный, с колен не встает, – Юля рассмеялась. – Он такой забавный, когда прощения просит. Да все бы хорошо было, он парень-то золотой, если бы не эти приступы ревности. Вы говорите, это может быть не болезнь? Просто распущенность? Нежелание держать себя в руках? От денег крышу сносит? Человек почувствовал свою вседозволенность? Комплекс бога?

– А вам сносит от денег крышу?

– Я их не вижу! – рассмеялась Юля. – Ну, есть карточка. Я могу ею расплачиваться. Заказываю продукты. Шмотки. Шмотки перестала заказывать, уже надоело. Нельзя же все платья одновременно надеть. Уже все подружки в моих платьях, сколько еще покупать? Я дело люблю, работать хочу. Скучно мне быть домашней женой. Я сейчас освежаю свои знания, буду получать статус адвоката.

– Работа – хорошее лекарство от многих бед. Но жалко, что это не помогает вашему супругу. Он ведь много работает, а все равно силы и время остаются на ревность. Уговаривайте его пойти к психиатру.

– А если я его к вам приведу? – спросила Юля.

– Не уверена, что это мой случай, но приводите. Можно начинать с консультации психолога. Жду вас в следующий раз вместе с супругом.

Через пару дней я, ожидая новостей от Юли, увидела в мессенджере, что она начинает со мной беседу.

«Мне срочно! Срочно нужно с вами поговорить!» – гласило сообщение.

«Хорошо, давайте через час», – согласилась я.

Юля ворвалась в мой кабинет вся зареванная. Я с трудом ее узнавала. Всегда такая энергичная, Юля сидела в кресле вся смятая, потерянная, подурневшая. От рыданий она не могла начать говорить. Пожалуй, это было впервые за все время нашего консультирования, когда я увидела Юлю в лягушачьей шкурке. Всегда ироничная, уверенная в себе, она была разбитая и подавленная.

– Муж был у психиатра, и ему поставили страшный диагноз? – предположила я. Надо было как-то остановить поток ее слез.

– Все гораздо хуже!

– Что может быть хуже психиатрии?

– Тюрьма. Алика посадили.

Да уж! Такие события даже на самого стойкого человека наденут лягушачью шкурку.

– Вот это поворот. Так что же произошло?

– Я пока сама толком не понимаю. Какие-то экономические махинации. Он мне всего не говорит, – хлюпая носом, говорила Юля.

– Вы будете его адвокатом?

– Ну какой я адвокат! Адвокат должен быть с железным сердцем, непробиваемым мозгом. А у меня все спуталось. Да и статуса адвокатского у меня еще нет. Пока его получишь… А время упускать нельзя. Алик! Он ведь так меня любит. Никто не будет любить меня так, как он. Да, он меня задолбал своей ревностью. Но ведь это же от любви!

Она немного успокоилась, вспомнив, как Алик за свои прегрешения вставал перед ней на колени, как подносил ей всякие красивые коробочки с дорогими украшениями, чтобы загладить свою вину.

– Совершенно не понимаю, как теперь жить дальше. Я уже так привыкла быть беспечной, не задумываться, хватит мне денег до зарплаты или надо ужаться с расходами. Привыкла к роскоши. А теперь… Представляю, сколько денег уйдет на всех адвокатов, на все это…

Она задумчиво замолчала и вдруг встрепенулась, как испуганная птица:

– Бизнес Алика? Что теперь с ним будет? У него там, конечно, всякие управляющие… Это они и довели до того, что его посадили. За что? Неизвестно. Он мало что говорит. Повторяет только, что его подставили. Кто будет в этом разбираться?

– А его компанию разве не заблокировали? Если он под следствием? – уточнила я.

– Какую-то фирму наверняка заморозят. Но там не все на него оформлено, – уже более спокойным голосом проговорила Юля. – У него разные фирмы, так многие делают. Нельзя класть все яйца в одну корзинку. На всякий случай. И вот он наступил, этот всякий случай.

Ее голос опять упал.

– То есть вы все же немного в курсе? – я старалась вытащить Юлю на разговор, который дает ей энергию.

– В самых общих чертах. Кое-что он мне рассказывал… Мне тревожно. Кто же будет заниматься его делами? Его партнерам и управляющим я не совсем доверяю. Мне Алик сам всегда повторял, что все лучше держать в своих руках. Надо сделать дело хорошо – сделай сам. И как теперь? Кто же в этом разберется?

– А вы как думаете? – задала я вопрос, глядя пристально Юле в глаза. – Кто лучше разберется в его делах? Будет продолжать его бизнес?

– Кто? – Юля посмотрела на меня упор. – Думаете, я? Я справлюсь? Я потяну? У него же там такие обороты!

В ее глазах появился испуг.

– Я в вас верю, у вас обязательно получится, – произнесла я уверенно.