Жертвоприношение, Откуда у парня сербская грусть

При подъезде к городу пассажиры изумленно смотрят на изящные развязки автомагистралей и красивые современные дома Нового Белграда. Я впервые увидел и понял, что современные жилые дома могут быть не только страшными коробками, а планировка микрорайонов наталкивать на мысли о том, что если Иван Грозный по легенде ослепил мастеров Барму и Постника после строительства собора Василия Блаженного, то наших архитекторов ослепили ДО.

Дома здесь построены в стиле постмодернизма... Тем, кто этого термина не понимает, попробую объяснить. Постмодернизм - это легкость бытия. Не понятно? Отвлекусь от темы. В Китае происходят соревнования палачей. Первый палач одним взмахом меча аккуратно рубит голову жертве - и лучше, кажется, это сделать невозможно. Но вот следующий палач делает взмах мечом - и жертва стоит с головой - как и прежде, спрашивая: "Ну и что дальше?" - "Тряхни головой," - отвечает палач. Действие. Голова падает. Так вот постмодернизм это та самая голова, которая уже отрублена, но не упала и не осознала этого...

Старый Белград. Пустынные улицы - сказываются санкции, горючее стоит фантастически дорого. Автомобилей очень мало. Сажусь в трамвай и пытаюсь выяснить, сколько стоит билет. "Один динар", - говорит мне серб. Он понимает мою русскую речь! - "Но сегодня бесплатно".

- Почему?

- Сегодня воскресенье, контролеры спят, - объясняет он и для убедительности складывает две ладони и прикладывает их к склоненной голове. В начале 1994 года в Югославии была проведена финансовая реформа, которая ввела новый динар, жестко привязав его к немецкой марке - и сделав их равными. Новый динар равнялся, по-моему, миллиарду старых - это дает представление о маховике гиперинфляции, поразившей осажденную страну. Но все равно курс динара завышен - это чувствовалось по ценам.

Я жадно и быстро ходил по городу - может, больше шансов и не будет. Климат напоминал Сочи. (*Хотя это неверно - Сочи на море, и там субтропики. Может, Ростов или Краснодар?) Белград очень красив. На главной его оси стоит два собора - святого Марка и святого Саввы, наиболее почитаемого в Сербии святого. А еще - правительственное учреждение, напоминающее по стилю Исаакия в Санкт-Петербурге. Я видел две пешеходные улицы - большую, князя Милоша, покрытую квадратными плитами, и еще какую-то, мощенную камнем, резко уходившую чуть ли не спиралью вниз и влево, к рынку и еще одному храму. Эта улица похожа на Арбат - на ней расположились художники, на стенах домов тоже было что-то изображено. Ближе к окраинам встречаются двухэтажные домики, заросшие виноградом и прочей зеленью. Общее впечатление от Старого Белграда - это город "кафан", кафе и закусочных... Мелодии я слышал почти исключительно сербские. Кирилические буквы, двуглавые орлы гербов, те же цвета флага - красно-сине-белый - все это здорово напоминало о России и наших с сербами общих корнях. Казалось, что какой-то шутник только немного изменил русские слова. Может, так могла сложиться история России, если бы была альтернатива в истории.

В Белграде возле неовизантийского собора святого Марка я нашел церковь Святой Троицы, которая окормляется Московским патриархатом. В небольшом помещении храма я увидел каменную доску с фамилиями погибших добровольцев. Отец Василий, для которого русские добровольцы были не в новинку, объяснил мне, как добраться до представительства Республики Сербской - на улице Моше Пийяда. Возле представительства, бетонно-стеклянного модернового здания, был подземный переход с эскалатором, автоматически включавшемся, когда кто-то на него становился. В представительстве одетый в "гражданку" худощавый бородач с веселыми глазами, мой тезка, которому я объяснил, зачем и куда еду, без лишних вопросов выписал мне "дозволу" - пропуск в Боснию, который мне также давал право на бесплатный проезд в автобусе до Сараева. Там же меня угостили кофе, который сербы запивали смесью воды с каким-то цитрусовым соком.

Белград меня удивил - я попал в какой-то рай после Москвы образца 1994 года. На огромных стеклянных витринах ювелирных магазинов не было решеток. В городе жили нормальные люди - там совсем не было "качков", ставших неотъемлемой частью пейзажа брутальной, воровской Москвы. Ночью в парке гуляли парочки - и не было никаких мордобоев! Боже, куда я попал!? Позже я узнал, что Югославия прежде была полицейской страной и весь преступный мир работал под полицией. В городе много цыган-попрошаек, они же сидели около церквей. На стене собора были граффити на какие-то музыкальные темы. В киоске я купил пару югославских газет - по-моему, "Политику" и "Борьбу". Незнакомый до того сербский язык становится понятным - как-будто я его вспоминаю. Хм, никакой националистической истерии в прессе, анализ войны очень взвешеный и толковый. Как во мне просыпается понимание сербского? Генетическая память - или языки настолько родственны, что все очевидно по контексту?