Жертвоприношение, Откуда у парня сербская грусть

Так 3 октября 1994 года во встречном бою под Мошевичко-Брдо (эта высота была и в дальнейшем обильна полита кровью) погиб Петр Малышев. Он и еще двое сербов были изрешечены в упор во время схватки за мусульманские окопы. Мусульмане нанесли удар в правый фланг отряду "Белые волки", который выбил "турок" с позиций у подножия высоты. Здесь сошлись в схватке солдаты и сербских, и мусульманских ударных подразделений - и никто не хотел уступать. В том же бою было ранено еще двое русских, Игорю пуля пробила горло. В этот же день, 3-го октября, группа бойцов кассиндольского батальона (около сорока человек, почти все сербы - и несколько русских), штурмом взяла находившееся недалеко от этой высоты село.

Малышев приехал во второй раз в Боснию, сопровождая делегацию матерей погибших там добровольцев, но война загипнотизировала его. Он остался. Его пытались отговорить от участия в том бою, но... "В меня вселился дух Михаила Трофимова." - был убежден Петр. Что ж, этот дух еще долго бродил по Боснии, до того он, видимо, был в Шкрабове.

Так люди проходят как по коридору нашей жизни и уходят в землю, закрывая за собой дверь - крышку гроба. Кто-то заколачивает ее, забивая туда гвозди - выпуская пули из автомата. И с каждым из них уходит частичка нашей жизни...

Осенью 1994 года произошел грустный курьез. Тела троих "белых волков" оказались захвачены мусульманами. По каким-то причинам у них оказались документы других трех действующих русских бойцов. (Существует традиция документы с собой в бой не брать, чтобы в случае гибели противник не мог опознать твое тело как труп русского добровольца. Так вот, судьба пошутила погибли сербы, которые взяли документы на хранение). Радиостанция "Свобода" с подачи правительства Боснии и Герцеговины назвала совершенно фантастическую цифру воюющих в Боснии русских волонтеров - 5.000 (пять тысяч!) и привела фамилии троих якобы тогда погибших (реально в тот момент живых) добровольцев. Эффект многочисленности русских заключается в том, что они действовали в ударных подразделениях, активно действовавших на различных участках фронта. Расплату за их удары принимали зачастую сербы. На это накладываются законы военной мифологии, слухов, лжи официальных бюллетеней и журналистских репортажей.

15 октября при очередном штурме (и взятии) Мошевичко-Брдо погиб однофамилец Петра - Роман Малышев, доброволец приехал в Сараево в конце июля 1994-го. Родом из Вятки, работал в Москве в каком-то церковном издательстве; мне он запомнился таким, как я его впервые увидел - бородатый парень, светло-русые длинные волосы ниспадают на плечи. Типично русское лицо... Отряд "Белые волки" в составе восьми русских и шести сербов взял эту высоту, но не смог развить успех. Мусульмане, пораженные стремительной атакой "камикадзе", дрогнули и оставили позиции. Сербское командование не дало согласия на совместные действия кассиндольского батальона, имевшего в качестве прикрытия даже два танка, и сербским бойцам-кассиндольцам пришлось ограничиться огневой поддержкой "волков". Свежие силы "турок" попытались окружить высоту вместе с находившимися там бойцами, но те вырвались из клещей, потеряв убитыми Романа Малышева и еще одного серба и несколько человек ранеными. В героях у "Волков" кроме Романа ходили тогда Денис и Барон. Тогда же мусульмане атаковали кассиндольцев, правый фланг которых оголился, так как соседи стали отступать и в панике наскочили на свое минное поле. Двое русских, Денис и Леша, прошли минное поле успешно. Отошли также и минометные батареи (60 и 82-мм) и танки, но кассиндольцы вместе с "Белыми волками" успешно отразили наступление спецподразделений противника. В ходе боя кассиндольский отряд потерял нескольких бойцов ранеными.

В те же дни французами были пропущены мусульмане на Игман, убившие в зоне безопасности шестнадцать сербских солдат и четыре медсестры. Все тела были изувечены.

Я не смог поверить в смерть Петра Малышева и долгое время еще ждал, не окликнет ли он меня с эскалатора метро или в городской толпе. Что-то долго он молчит и не появляется... Мы живем лишь дважды - второй раз до тех пор, пока о нас помнят. Так вот он живет сейчас своей второй жизнью.

Осенью 1994 прошло очередное заседание суда по иску Ярослава Ястребова к газете. Суд обязал газету написать опровержение (по вопросу об идейном аферизме) и выплатить компенсацию - правда, совсем незначительную по сравнению с запрошенными ста миллионами рублей. Ястребов мне запомнился как самоуверенный человек, утверждавший ни много ни мало, что он создал добровольческое движение. В детстве у него была кличка "Немчура" - его считали излишне умным и не слишком общительным.

x x x

Зимой (94/95) на какое-то время русские, поссорившись с сербским руководством, уходили из "Белых Волков", сочтя октябрьско-декабрьские операции бессмысленными и лишь приведшим к серьезным потерям.