Жертвы Сталинграда. Исцеление в Елабуге

— Ты спрашиваешь так, будто экзаменуешь меня, — рассмеялся я. — Конкретно на этот вопрос я тебе сейчас не отвечу. Во всяком случае, это будет национальная партия. Национальная — в том смысле, что она обеспечит рабочему классу руководящую роль в стране и дружбу с Советским Союзом.

— Ах да, чуть было не забыл, — сказал Хельмут после минутного молчания. — Меня вызывает на осмотр главврач.

— Надеюсь, он тобой доволен? Иди, не заставляй его ждать. Я еще немного погуляю. Такой хороший вечер…

Я смотрел товарищу вслед, пока он не скрылся из виду. Потом снова сел на скамейку.

На безоблачном небе появился диск луны. Луна была такой большой, что напомнила мне рисунок сына, который мне прислали в письме из дому. Нарисованная ребенком луна отбрасывала большой пучок лучей на маленький домик, стоящий под деревьями посреди цветущего луга. Сынишка при этом сказал, что он зажег над нашим домом яркий небесный фонарь, чтобы отец нашел дорогу домой и ночью.

Да, я найду дорогу домой. Я знаю теперь не только дорогу до моего дома, до родных, но и дальше — дорогу в будущее.

Теперь я знал, зачем, ради чего я живу. Я нашел путеводную нить и людей, вместе с которыми пойду по избранному пути.

Раньше мое представление о гармоничной жизни не шло дальше узкого семейного круга. Теперь же я был твердо убежден, что гармоничная жизнь отдельной личности возможна лишь в гармоничном обществе. Само общество должно поставить в центр мысли, чувства и поступки человека. В этом клич к тому, что Маркс называл самоусовершенствованием личности.

Марксизм-ленинизм указал мне дорогу. Я знал, что мне предстоит еще много трудностей. Но знал я и о том, что на этом пути встречу немало надежных друзей. С некоторыми из них я уже познакомился.

Участие в движении «Фрайес Дойчланд» показало мне, что во имя интересов нации нужно уметь отбросить все лишнее, побочное, чтобы объединиться для совместных действий. Изучение основ марксизма-ленинизма углубило мои знания и помогло мне сделать выбор.

* * *

В середине октября любезная переводчица сказала мне:

— Скоро вы поедете домой.

Вскоре меня вместе с группой выздоровевших пленных направили из Шуи в Иваново. Там мы сели в поезд, который увозил в Германию более тысячи военнопленных.

И вот застучали колеса вагона. Прошло почти пять лет с окружения 6-й армии под Сталинградом. Эти пять лет стали для меня и многих других пленных настоящим университетом.

Моя жизнь теперь обрела смысл. И с этим багажом я возвращался на родину.

Иллюстрации

Центр Сталинграда перед войной

Здание городского театра

Гитлер и генерал-фельдмаршал Рейхенау, командовавший 6-й армией до Паулюса

Генерал-полковник Паулюс

Летнее наступление на Сталинград. Генералы Паулюс и Зейдлиц-Курцбах

На подступах к Сталинграду. Совещание генерала и офицеров

Разбитые советские Т-34 под Ворошиловской

Под Сталинградом. Танк PzKpfw IV у церкви

Немецкие танки двигаются по степи

Пехота наступает под прикрытием штурмового орудия

Немецкие солдаты на штурмовом орудии сопровождают колонну советских военнопленных

Улицы Сталинграда в начале боев за город

Немецкая пехота сосредотачивается в одной из балок

Полевое совещание

Пикирующий бомбардировщик Ju-87 над Сталинградом

Нехитрый солдатский обед в Сталинграде. Скоро даже такая закуска станет предметом мечтаний

Гражданское население покидает разрушенный Сталинград

Командир пулеметного расчета ищет новую цель

Пехотинцы готовятся к броску через руины

Германские пехотинцы едут по Сталинграду на гужевых повозках

Пехотинцы продвигаются по городу среди развалин

К середине октября 1942 года Сталинград превратился в дымящиеся руины

Советская листовка. «Папа мертв. Вини в этом Гитлера»

Захваченная Красной Армией немецкая артиллерия

Пленные солдаты у сталинградского элеватора

Пресс-конференция бывшего генерал-фельдмаршала Паулюса в Берлине

Колонна пленных бредет через Сталинград