Живая сила. Дневник ликвидатора

…Первый облученный человек в моей жизни был Женя. Химфак университета он закончил на несколько лет позже меня, а в Чернобыль в 1986 году попал месяца на полтора раньше — в мае. От него-то я и узнал, что там первые 3 дня человек сидит в лагере — в зону не ездит. Чтоб организм адаптировался.

Так я и не узнал, правда это или нет. Когда я, свято уверенный, что так оно и есть, по прибытии на следующее утро вышел поглядеть, как колонна моей новой роты выезжает на разведку, старый, уже сдающий дела командир роты махнул мне: «Поехали! Чего стоишь?» И ребята из моего взвода замахали руками приглашающе: «Давай, поехали, товарищ лейтенант! В наш броник!» Ничего не оставалось, как в этот самый броник — бронированную разведывательно-дозорную машину — залезть.

Первый выезд — по Рыжему Лесу…

Едем по трассе, ребята показывают поверх сосен, вдалеке — «Вон АЭС, а вон то — 4-й энергоблок виднеется…» Здание как здание — промышленное длинное белое; энергоблок, как коробка, над ним выступает, все вроде целое… Как раз там, где видно было лучше всего — на повороте трассы «у Факела», раскрашенной бетонной эмблемы Чернобыльской АЭС, — мы и намеряли больше всего: 1200 миллирентген в час — 1,2 рентгена в час… Это приблизительно… Ну, что-то около ста тысяч нормальных природных уровней радиации… Короче, съездили.

Вернулись.

Поужинали.

Лег спать.

Ничего.

В смысле физических ощущений — ничего.

А на второй день проснулся, когда еще и 5 утра не было, наверно.

И порысил через освещенный солнцем, какой-то прозрачный, пустой, нереальный спящий палаточный лагерь — в сортир.

Пардон, по-большому.

И до подъема — до 6.00 — еще посетил его. Трижды.

Так сказать, «по тому же вопросу».

Странно… Обычно, когда попадаешь в армию, проблемы как раз «наоборот»: все эти каши армейские постоянные, плюс, наверно, нервный стресс, плюс непривычный режим — в итоге первые дни делаешь это — если вообще делаешь — скорее по привычке, чем по необходимости.

Что ж я такого съел? Да ничего вроде… Странно.

Ой, опять!..

Медпункт! Я ж знаю, где палатка батальонного медпункта! Над ней белый флаг с жирным красным крестом развевается…

Только б она была открыта… Пару таблеток активированного угля — и все будет в норме. С кем не бывает…

Вход в палатку застегнут на пуговицы — продолговатые беленькие деревяшки. Вертикальный ряд до пола. Расстегиваю… Прохожу темный тамбур — на полусвет из шатра палатки. Пустота, чистота… Сбоку от окошка столик, прикрытый марлей. Приподнимаю… Скляночки, баночки, таблеточки… Роюсь… Активированного угля нет.

А больше тут и искать негде: топчан, покрытый клеенкой, и больше вообще ничего нет. Проклятье! Медпункт батальона радиационной разведки…

До завтрака — 6.30 — еще несколько посещений сортира…

Да что ж это такое?!

Есть побоялся (хоть хотелось так, что еле-еле сдержался), выпил чая, пожевал корку хлеба.

Подлавливаю начмеда — начальника медицинской службы батальона, тоже лейтенант из запаса, только старший: с достоинством шествует на завтрак, на гордо расправленных плечах погоны со змеями несет. Спрашиваю. И… Оказывается, в медпункте батальона вообще нет активированного угля. Ни одной таблетки. На 500 человек!

Шиплю ругательства сквозь сжатые зубы…

Черт побери! В сортир опять хочется…

А НАДО — на разведку: колонна бронированных машин роты вытянулась, ждет.

Ну, поехали…

Ощущение — как гранату проглотил, круглую оборонительную Ф-1, «лимонку», с радиусом разлета осколков 200 метров…

В Чернобыль приехали на стоянку, вроде полегчало… Но чувствую — опять поджимает… Едем на разведку — маршрут Рыжий Лес-2 — КА-РА-УЛ!! Что счас будет?!.

По трассе машины одна за одной, как на центральной улице… Да и ребят просить остановить… Неудобно… Выехал, называется, на разведку!.. Ну — потерплю, пока свернем… Если смогу… Терплю… Еле терплю…

Свернули с трассы… Ну счас остановимся — и тогда!!!

Ну — еще миг! Сначала сделаем работу, замеряем уровень, потом я вроде невзначай, типа в порядке отдыха: «Пожалуй, схожу-ка я за кустики», как бы резвлюсь…

Дозиметрист спрыгивает, на ходу перехватывая поудобней дюралевый держак с зондом, делает несколько шагов от машины к кустам. Ну! не тяни ж ты…

Спрыгнуть с броника, сказать «подождите», зайти за куст, спустить штаны до колен — и - о!

«29 миллирентген в час».

…Спрыгнуть с броника, зайти за куст, спустить штаны и присесть — свесив яйца на 29 миллирентген в час…

Это, в общем-то, и немного… (черт побери! что значит немного?!! Это 2000 (две тысячи) нормальных уровней!) — немного…

Но сесть на корточки…

Я только зубами заскрипел: «Поехали».

…а если с броника? Рукой за скобу, а задницу свесить за броник — полтора метра высоты… Я представил себе «броник, вид сзади»: вертикальный кормовой лист брони — расписанный веером разлетающихся «осколков»…

— ПОЕХАЛИ.

2-й замер — в селе без людей, и следующий, и все последующие: дозиметрист меряет — цифра, соотносишь ее — с чем?! — с чем ты ее, к черту, можешь соотнести??!!..