Жизнь и труды Пушкина. Лучшая биография поэта

Совсем другое дело в «Родословной». Там он занимается Езерским чрезвычайно подробно, с любовью, с теплым сочувствием к нему. Из напечатанных уже строф и тех, которые еще не изданы, видно, что потомок старинного и, как говорилось некогда, захудалого рода, приковывал весьма сильно его поэтическое внимание. Прежде чем представим эти остатки поэмы, мы обязаны сделать замечание касательно одного стиха «Родословной», нарушающего весь ее тон. Особенно неприятен он тем, что противоречит тому сочувствию к предмету описания, какое мы везде замечаем у Пушкина:

Но каюсь: новый Ходаковский,

Люблю от бабушки московской

Я толки слушать о родне,

О толстобрюхой старине .

Кому бы ни принадлежала эта поправка, хотя бы самому автору, но она неверна и в отношении к нему, и в отношении к созданию. Рукопись поэта в этом месте ясно и без помарки говорит:

…толки о родне,

Об отдаленной старине .

Вот затем неизданные строфы «Родословной» еще в первоначальной форме, какую приводили мы не раз и прежде:

Какой вы строгий литератор!

Вы говорите, критик мой,

Что уж коллежский регистратор

Никак не должен быть герой,

Что выбор мой всегда ничтожен,

Что в нем я страх неосторожен,

Что должен брать себе поэт

Всегда возвышенный предмет,

Что в списках целого Парнаса

Героя нет такого класса… Вы правы!..

Но божиться рад – И я совсем не виноват.

Скажите: экой вздор! иль bravo!

Иль не скажите ничего —

Я в том стою: имел я право

Избрать соседа моего

В герои повести смиренной,

Хоть малый он обыкновенный,

Не второклассный Дон-Жуан,

Не демон, даже не цыган,

А просто гражданин столичный,

Каких встречаем всюду тьму,

Ни по лицу, ни по уму,

От нашей братьи не отличный.

В бумагах есть еще одна недоконченная строфа с исторической картиной, столь же яркой, как и другие этого рода, заключающиеся в «Родословной».

Во время смуты безначальной,

Когда то лях, то гордый швед

Одолевал наш край печальный

И гибла Русь от разных бед,

Когда в Москве сидели воры,

А с крулем вел переговоры

Предатель хитрый Салтыков,

И средь озлобленных врагов

Посольство русское гладало,

И за отчизну стал один

Нижегородский мещанин,

В те дни Езерский…