Жизнь и труды Пушкина. Лучшая биография поэта

138

По когтям узнают льва (лат.).

139

Выписываем здесь эту шутку, которая, впрочем, относится к началу 1828 года, а не к концу его, в котором мы находимся. Любопытно, как добродушно высказывалось веселое расположение духа в поэте.

Послание к В[еликопольскому], сочинителю «Сатиры на игроков».

Так элегическую лиру

Ты променял, наш моралист,

На благочинную сатиру?

Хвалю поэта – дельно миру!

Ему полезен розги свист.

Мне жалок очень твой Арист.

С каким усердьем он (молился)

И как несчастливо играл!

Вот молодежь: погорячился,

Продулся весь и так пропал!

Дамон твой человек ужасный.

Забудь его опасный дом,

Где, впрочем, сознаюся в том,

Мой друг, ты вел себя прекрасно:

Ты никому там не мешал,

Эраста нежно утешал,

Давал полезные советы

И ни рубля не проиграл.

Люблю; вот каковы поэты!

А то, уча безумный свет,

Порой грешит и проповедник.

Послушай, Персиев наследник,

Рассказ мой:

Некто мой сосед,

В томленьях благородной жажды,

Хлебнув кастальских вод бокал,

На игроков, как ты, однажды

Сатиру злую написал.

И другу с жаром прочитал.

Ему в ответ его приятель

Взял карты, молча стасовал,

Дал снять, и нравственный писатель

Всю ночь, увы, понтировал!

Тебе знаком ли сей проказник?

Но встреча с ним была б мне праздник:

Я с ним готов всю ночь не спать,

И до полдневного сиянья

Читать моральные посланья

И проигрыш его писать.

Послание относилось к г-ну Великопольскому, издавшему в Москве в 1828 году книжку «К Эрасту, сатира на игроков».

140

Эти холодные и гладенькие стишки (фр.).

141

Весьма трудно определить теперь, где находился Пушкин с 8 сентября, дня отъезда из Горячеводска, до 16 ноября – вероятного дня прибытия его в Петербург. Некоторый свет дает следующая приписка Пушкина к одной главе «Онегина» (восьмой, выпущенной): «Моск. Павл. Болдино. 1829». В Москве он был, как знаем, в марте месяце; место, обозначенное словом Павл., нам совершенно неизвестно, а Болдино – есть название села Нижегородской губернии (Лукояновского уезда), принадлежавшего его отцу и о котором будем еще много говорить. Таким образом, можно полагать, что Пушкин проехал с Кавказа в Болдино. На возвратном пути в Петербург из деревни он пробыл в Москве только несколько дней и почти никуда не показывался. Пребывание на Кавказских минеральных водах известно нам по темным слухам. Он там лечился, был в обществе друзей, играл… Стихотворения, связанные с Кавказом и с его природой, написаны им в течение сентября и октября месяца 1829 г. – стало быть, посреди беспокойной, странствующей жизни и в самых хлопотах вояжа. Пьеса «Зима! Что делать нам в деревне?..» и затем «Зимнее утро» уже проникнуты поэзией домашнего очага и северной природы. Во втором стихотворении, помеченном 3-м числом ноября, сделана Пушкиным замечательная поправка. Конец четвертой его строфы читается в рукописи:

. . . . Веселым треском

Трещит затопленная печь.

Приятно думать у лежанки.

Но знаешь: не велеть ли в санки

Коня черкасского запречь?

Пушкин изменил последний стих, при печати, в другой:

Кобылку бурую запречь?