Читаем Жизнь, опаленная войной полностью

Я сейчас тоже веду летопись нашей семьи. Тоже записываю. Пишу о своей жизни, о жизни в условиях (например, перестройки). И вот вплоть до сегодняшнего дня я все это описываю. В том числе описываю свое детство, но не глазами, допустим, моей мамы, моей бабушки, а – своими, что я видела. И это уже как-то по–другому смотрится. Например, мои сыновья помнят не те, моменты, о которых я рассказываю на наших семейных праздниках.

Моя мама начала вести свои дневники в 1950-1951 годах. Конечно, во время войны она дневников не вела, потому что, видимо, была все-таки мала для этого. А вот в 1950-м году, с началом ее деятельности как топографа, она стала вести дневник и назвала его «Дневник топографа».



Дневник топографа и фото мамы


Это абсолютно уникальная вещь: когда она описывает, она ходит по нашей замечательной стране. Это послевоенные годы. Это Белоруссия, это Калининская область. И она пишет об этой земле, о нашей Родине, которая пережила только-только войну, начала «оправляться» после этой войны. И вот моя мама обо всем об этом пишет. Это абсолютно уникальный дневник, который я, конечно, тоже со временем переведу в электронный вид, снабжу фотографиями. И обязательно это будет летопись нашей семьи.

Кулёмина Татьяна Владимировна, 2020 г.



Воспоминания Ольги Николаевны Зотовой об отце Николае Николаевиче Мазовка



Мазовка Николай Николаевич, 1940 г.


Мой отец, Мазовка Николай Николаевич (27.11.1920 – 04.10.1991), родился в селе Дукора Минской области, в Белоруссии, в многодетной семье. У него было 4 сестры и 3 брата. С отличием окончил сельскую школу и поехал в Ленинград учиться на врача.



Аттестат об окончании школы, 1939 г.


Ему было 17 лет, когда поступил на 1 курс Ленинградского медицинского института. А в ноябре был призван в Красную Армию: участвовал в Финской компании 1939-1940 гг. в должности солдата-пулеметчика. Служил в Карелии. Отец рассказывал, как учили их прятаться в снегу и ходить в белых камуфляжах. Он хорошо бегал на лыжах и стрелял. И когда мы с сестрой были маленькими, он учил нас правильно ходить на лыжах вдоль берега Волги в городе Тверь (тогда г. Калинин), где мы жили.

После финской войны отец восстановился в институте (это была уже Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова). Сколько же было в нем сил и желания учиться! 19-летний парень жил один, без семьи, в общежитии и стремился к цели – стать врачом! Отучился год и летом 1941 года обучение опять прервалось – началась Великая Отечественная война. С первых дней войны и до дня Победы отец воевал. Был санитарным инструктором стрелковой роты. Помогал выносить бойцов с поля боя и лечил людей.

Отец в начале войны защищал Ленинград. В его послужном списке упоминаются Красное село, Рыбацкое, Пушкин, Колпино, Невская Дубровка. 26 сентября 1942 года получил тяжелую контузию головы от разрыва мины, находился в эвакуационном госпитале № 2015 на улице Восстания, дом 8. Госпиталь был расположен в здании школы № 4 (сейчас гимназия № 209 Центрального района Санкт-Петербурга). В гимназии бережно хранят память о тех тяжелых днях: в музее истории гимназии, и в воспоминаниях ветеранов, и в проведении экскурсий для учащихся. Через месяц, как тяжелораненый, переправлен через Ладожское озеро в г. Грязовец Вологодской области на лечение.

В течении войны мой отец был ранен 3 раза. Помимо контузии, схватил 3 легких осколочных ранения в обе ноги в 1942, 1944, 1945 гг. Первое ранение – очень тяжелое, отец оглох, ему трудно было ходить. Но он помнит грохот и молоденького солдата, который после взрыва артиллерийского снаряда, вытащил его, раненого и контуженого с поля боя.

Воевал на Ленинградском, Западном и 3-м Белорусском фронтах. Участвовал в крупных боях под Ленинградом в 1942, под Оршей в 1943, под Витебском в 1944, в Восточной Пруссии в 1945.

Чтобы запомнить, оставить в памяти, отец составил хронологический список дат, названий частей и местностей, где он воевал. Назвал его «Мой путь».



Хронологический список «Мой путь» и адреса войны Н. Мазовка


Так, можно увидеть, что он несколько раз лежал в госпиталях для легкораненых (ГЛР под номерами 2631, 2668, 4421, 545 и др.), в сортировочных эвакуационных госпиталях (СЭГ № 290, 2386 и др.), служил в 173-й, 144-й стрелковой дивизии. Упоминаются в его документе Мытищи, Москва, Ржев, пишет про «мешок под Витебском», Смоленск, Каунас, Шауляй (Литва), Эйдкунен, Кибартай, Кеттенау, Пиллау (Восточная Пруссия). Сейчас эти населенные пункты расположены в Литве и Калининградской области России.

Отец награжден двумя медалями «За отвагу».



Медали «За отвагу»


Перейти на страницу:

Похожие книги

Уманский «котел»
Уманский «котел»

В конце июля – начале августа 1941 года в районе украинского города Умань были окружены и почти полностью уничтожены 6-я и 12-я армии Южного фронта. Уманский «котел» стал одним из крупнейших поражений Красной Армии. В «котле» «сгорело» 6 советских корпусов и 17 дивизий, безвозвратные потери составили 18,5 тысяч человек, а более 100 тысяч красноармейцев попали в плен. Многие из них затем погибнут в глиняном карьере, лагере военнопленных, известном как «Уманская яма». В плену помимо двух командующих армиями – генерал-лейтенанта Музыченко и генерал-майора Понеделина (после войны расстрелянного по приговору Военной коллегии Верховного Суда) – оказались четыре командира корпусов и одиннадцать командиров дивизий. Битва под Уманью до сих пор остается одной из самых малоизученных страниц Великой Отечественной войны. Эта книга – уникальная хроника кровопролитного сражения, основанная на материалах не только советских, но и немецких архивов. Широкий круг документов Вермахта позволил автору взглянуть на трагическую историю окружения 6-й и 12-й армий глазами противника, показав, что немцы воспринимали бойцов Красной Армии как грозного и опасного врага. Архивы проливают свет как на роковые обстоятельства, которые привели к гибели двух советский армий, так и на подвиг тысяч оставшихся безымянными бойцов и командиров, своим мужеством задержавших продвижение немецких соединений на восток и таким образом сорвавших гитлеровский блицкриг.

Олег Игоревич Нуждин

Проза о войне