Жизнь среди якудза

Тут нужно дать пояснение. Одна из газет, на которые я подписан, – Akahata Shimbun[32]. Я читал ее уже давно. Полагаю, что Коммунистическая партия – самая толковая из нынешних политических партий, и испытываю к ней определенное уважение. Однако я недостаточно серьезен и добросовестен, чтобы стать членом Коммунистической партии. В личной жизни я не пример для подражания. Мне показалось, что нехорошо называть такого человека как я членом компартии и оправдывать этим провал расследования.

Как человек, находившийся на периферии масс-медиа, я более оторван от мира, чем обычные люди. Поэтому, когда я услышал об «истинных намерениях» полиции, то воспринял это как вполне типичное для них высказывание, и не рассердился. Однако я чувствовал, что если не буду поднимать шум, то мне не спастись от преследования со стороны Ямагути-гуми. Поэтому я должен сам стать источником информации. Судья Верховного суда США Луис Д. Брандейс сказал: «Лучший способ убить микробов – подвергнуть их воздействию солнечного света» («Sunlight is the best disinfectant»). И я согласен с этим утверждением.

Полицейские говорят, что раскрытие тайн следствия мешает. Но если они все равно не могут подобраться к преступнику, то какой толк в этом запрете? Это просто глупое правило, которому все они следуют, не вникая. Если я буду покорно молчать, то в Ямагути-гуми подумают, что они правильно сделали, что ударили меня ножом для острастки.

Кто преступник?

За неделю до нападения, 22 августа, перед моим домом была припаркована подозрительная машина. Дом находится в районе, где у машин – номерные знаки района Тама, и я нечасто вижу номерные знаки района Синагава. В машине находились двое мужчин, которые держали в руках фотоаппараты и фотографировали мой дом. Моя жена заметила это и вышла на дорогу, чтобы посмотреть, что они делают. Ей очень хотелось спросить их, что они фотографируют, но не хватило смелости, и она просто походила вокруг машины и записала ее номер.

Женщина из соседнего дома тоже заметила машину, вышла на дорогу и сказала моей жене: «Номера с буквами WA – прокатная машина, да?» Жена такой детали не знала, и слова соседки только усилили ее подозрения.

Люди в машине, должно быть, были из Ямагути-гуми. Видимо, почувствовав опасность в поведении двух женщин, они дали задний ход и уехали. Им пришлось выезжать задом, потому что дорога перед домом тупиковая и выехать, проехав вперед, невозможно. Вечером того же дня мне на работу позвонил мужчина, говоривший на осакском диалекте, и спросил, офис ли это компании Shouwa Seiki и на месте ли директор. Думаю, они звонили, чтобы понять, где я нахожусь.

Я рассказал об этих фактах полиции и сообщил им номер машины, но они, похоже, не придали этому значения. Однако через несколько дней после моей выписки из больницы полицейские наконец-то сосредоточили свое внимание на этой арендованной машине. Видимо, они изучили уже все факты моей биографии и поняли, что никто, кроме Ямагути-гуми, угрожать мне не может.

Это они мне сообщили много дней спустя, заметив при этом, что вообще-то не обязаны меня об этом информировать.

Полиция нашла имя человека, арендовавшего машину, в бухгалтерской книге прокатной конторы. Это был сотрудник кредитного агентства из города Нагоя. Полицейские отправились в офис этой компании и «деликатно» убедили их сотрудничать. Как выяснилось, агентству поступил заказ на проверку моей кредитоспособности от некоего мужчины, до недавнего времени жившего в Нагое, а сейчас являвшегося членом Охара-гуми – группировки из округа Икуно в Осаке, напрямую подчинявшейся Ямагути-гуми. Это был босс Охара-гуми, Хиронобу Охара, позже ставший главой генерального штаба Ямагути-гуми (настоящее имя – Юн Кван Хи, умер в 2017 году). Охара-гуми стала новой бандой, непосредственно связанной с Такуми-гуми, когда Ёсинори Ватанабэ стал пятым главой Ямагути-гуми.

Мне казалось, что это почти прояснило картину нападения. Ватанабэ и исполнительный комитет клана загнали вакагасира Масару Такуми в угол. «Надо наказать Мидзогути. Это теперь твоя задача, не справишься – будешь отвечать». Отвечать за то, что изначально именно Такуми привел меня к Ватанабэ. Отвечать за то, что в моей книге есть слова одного из молодых членов Такуми-гуми, который сказал буквально следующее: «Наш босс (Такуми) дает указания Ямагути-гуми, да он, считай, и есть босс». Отвечать за то, что, когда Такуми позвонил мне и потребовал назвать имя человека, сказавшего это – я отказался это сделать.

Вот три причины, по которым, как я полагаю, Такуми назначили ответственным за то, чтобы разобраться со мной. Оставался вопрос: кого послать на дело? Вероятно, Такуми решил задействовать Охара, поскольку тот был перед ним в долгу и не мог отказать. Охара и отправил ко мне своих молодчиков.