Журнал «Компьютерра» № 11 от 21 марта 2006 года

Дополнение второе, чекистское. Принято считать, что создание единой глобальной базы данных, в которой будут храниться все сведения обо всех гражданах, — несомненное зло. Но представьте себе размер подобной БД и ежедневную нагрузку на нее. Для работы такой системы потребуется суперкомпьютер. Она будет существовать в единственном экземпляре, ее будут охранять как зеницу ока, ее копия не появится на Горбушке, а нелегальное получение информации из нее будет крайне затруднительным для подавляющего большинства простых смертных. А вот способы внесения в нее ложной информации известны с библейских времен, простейшие из них — оформление чего угодно на подставное лицо и прямой подкуп оператора. Так что хуже — точно не будет!

Такое вот обобщение, учитывающее даже религиозную составляющую проблемы. Согласен. Во многом согласен. Единственное мое возражение см. выше. Осталось только добавить, что господин Качинский, как и ряд других читателей, не учитывает следующих факторов:

Статья не о том, что могло или должно было бы быть, а о том, что есть.

Я нигде не говорил, что не может быть толковых автоматизированных систем, — я лишь говорил о недостатках одной конкретной системы, внедренной в одном конкретном городе, и о проблемах, неминуемо создаваемых подобными системами.

Проблемы создания единой информационной базы на платформе одного суперкомпьютера вообще не поднимались — это отдельная тема (или даже несколько тем) со множеством подводных и надводных камней, о которых спорить на таком ограниченном пространстве бессмысленно.

Системы управления, эффективно работающие в коммерческих структурах далеко не всегда применимы в государстве, поскольку:

во-первых, государство не набирает граждан по объявлению и не отбирает их сообразно предъявляемым критериям, в том числе и по уровню дисциплинированности и управляемости;

во-вторых, гражданин не может уволиться из государства, если выяснится, что условия управления для него неприемлемы;

в-третьих, гражданин, в отличие от клиента коммерческой структуры, не может выбрать себе другого начальника паспортного стола, если ему не нравится этот конкретный начальник, то есть системы управления в государстве по определению монопольны, а значит, не способны эволюционировать по тем же схемам, по которым развиваются коммерческие фирмы;

в-четвертых, ошибки управления в коммерческой фирме влекут, в крайнем случае, ее разорение, а управленческие ошибки в государстве имеют более серьезные последствия — они сильно влияют на саму возможность реализации прав граждан.

ИГРЫ: О бридж, ты — спорт!

Авторы: Константин Кноп, Женова Наталия

История

Издавна карточные игры делились на две категории — азартные и коммерческие. Отношение к ним всегда было разным. Вот старинный анекдот, не смешной, но поучительный, как и большинство анекдотов того времени.

До сведения Екатерины II дошло, что Левашев, один из ее приближенных, ведет сильную азартную игру. Однажды она с неудовольствием говорит ему:

— А вы все-таки продолжаете играть!

— Виноват, Ваше Величество. Играю иногда и в коммерческие игры.

Ловкий и двусмысленный ответ погасил гнев императрицы.

Ответ Левашева означал, что он исправился: играет не только в «плохие» азартные игры, но и в «хорошие» — коммерческие.

Азартные игры в России запрещались, хотя большей частью безуспешно. Коммерческие — вист, винт, преферанс — поощрялись и приветствовались. Изгоями они стали только при советской власти.

Сравним пару абзацев из разных источников позапрошлого века:

Однажды Николай I спросил посланника Шредера, отчего тот не женат. Шредер ответил: оттого, что не смеет ослушаться своего государя. И пояснил: «Ваше Величество строго запрещает азартные игры, а брак из них — самая азартная».

Хлестаков: …Я всякий день на балах. Там у нас и вист свой составился: министр иностранных дел, французский посланник, английский, немецкий посланник и я…

Опять замечаем полярное отношение к азартным и коммерческим играм. Хлестаков гордится своими связями и умением играть в вист, однако внимательный читатель легко заметит, что в вист он вряд ли когда сиживал. Хвастун перечислил пять игроков, а ведь участников должно быть четверо. Скорее всего, фразу про посланников он запомнил из светской хроники и дополнил ее скромным «…и я». На школьных уроках литературы мы разбирали «Ревизора» весьма тщательно, но на фразу про вист внимания не обращали. Ибо среди прочего в то время от нас была далека и культура карточной игры. Сейчас эта культура постепенно возвращается.

Вист — родоначальник многих коммерческих игр. В вист играют двое надвое полной колодой (52 карты). В каждой сдаче разыгрывается тринадцать взяток, и очки начисляются за взятки, набранные сверх шести. За большой шлем (обязательство взять все взятки) и малый шлем (двенадцать взяток из тринадцати) начисляются премии. При розыгрыше взятки, если масть отсутствует, бить козырем не обязательно[Все эти правила сохранились и в бридже].