Журнал «Компьютерра» №35 от 28 сентября 2005 года

— Была такая интересная группа, называлась она «Лэнгли». Входили туда очень разные люди, в том числе знаменитости вроде Айзека Азимова и Роджера Желязны. Так вот, у Азимова есть рассказ «Нечаянная победа». Это рассказ о советском народе. Наши цензоры были, кстати, настолько недалеки, что спокойно его опубликовали. А рассказ объяснял в точности все, что было сделано в холодной войне, какая была принята стратегия и к какому она должна была привести результату [В рассказе Азимова говорится о делегации роботов, посланной землянами на Юпитер. Закрытое военизированное общество юпитерианцев готово к войне, угрожающей уничтожить человечество. Пока местные чиновники демонстрируют роботам чудеса технического прогресса, один неуклюжий член делегации то случайно проходит сквозь стену, то лезет в плазменную печь, то между делом сообщает, что может существовать в вакууме. К концу визита юпитерианцы неожиданно объявляют о капитуляции и просят мира. Разгадка проста: гости забыли сообщить, что они роботы, и чиновники с Юпитера решили, что их будущий противник — раса неуязвимых и совершенных существ. Предоставляю читателю возможность самому провести аналогии между этим сюжетом и российско-американскими отношениями. — А.Ш.]. Поэтому могу вас заверить, что они прекрасно знали, абсолютно точно представляли, что они делают. Да и потом, представьте себе Штаты хоть сегодняшнего, хоть того времени: кто бы там такие деньги дал на непонятную операцию с непредставимыми результатами?

Из ваших слов следует, что наше настоящее — во многом продукт работы группы «Лэнгли». В таком случае аналитики этой группы должны были пользоваться весьма изощренными предсказательными методиками. Какими?

— Есть много способов прогнозирования, самые сильные из которых — анализ противоречий, системный анализ, ситуационный анализ (метод сценирования). Но и у них есть уязвимые места. Скажем, диалектика всегда содержит в себе систематическую ошибку — реально рассматриваемые ею противоречия не являются бинарными. Анализировать работу с противоречиями структуры более сложной, чем бинарная, диалектика не умеет. Системный анализ — великолепная модель, но когда мир усложняется настолько, что в каждый момент времени происходят те или иные фазовые сдвиги, аналитические модели теории систем тоже перестают работать. Метод сценирования — невероятно трудоемкий процесс. Никто из аналитиков не имеет представления обо всех фигурах, которые сегодня играют роль в управлении. Есть способы это обойти, но процесс становится еще более трудоемким и дорогим.

И мы в конечном счете приходим к тому, чего не ожидает никто: методом анализа оказывается искусство. А там, где останавливается искусство, начинает работать трансценденция — самый последний способ познания, который позволяет получить ответ на уровне фразы «Я вижу». И не нужно считать этот способ менее точным, чем любой другой. Наука — точно такой же способ водить себя за нос, как и ЛСД. Вопрос исключительно в том, как прагматически вы можете использовать полученные результаты.

Но если все эти методы так или иначе дают осечку, то непонятно, как прогнозы вообще возможны. Для точных расчетов не хватает ресурсов и первичных данных, а прозрения исключительно субъективны и имеют смысл только в системе жизненных перспектив конкретного человека.

— Да, действительно, гуманитарные технологии, в том числе анализ будущего, нельзя поставить на конвейер, приспособить для получения типового и стандартного результата. В этом их отличие от обычных, физических технологий. И само собой разумеется, что для группы «Лэнгли» грядущее будет одним, для группы «Конструирование будущего» — другим, и так далее. Но кто вообще сказал, что будущее одно? В мире происходит постоянное столкновение будущих.

Всякий раз, когда вы пытаетесь управлять миром — а управление будущим и есть управление миром, — вы строите модель. В рамках этой модели вы можете добиться всего, и неважно, какие вы при этом имеете ресурсы: ничего, кроме своей головы, или власть и влияние во всех сферах общества. Возможности повлиять на ход событий в данном случае определяются желанием и стремлением. Но это, конечно, не означает, что у экспертных групп, о которых идет речь, нет устоявшегося инструментария. Все они вполне технологизированы и получают в рамках своих задач, целей и представлений достаточно четкие результаты.

Хорошо, а как сочетается прогнозирование с социальной инженерией? Вы говорите о работе аналитиков, но необходимы какие-то механизмы, которые воплощают прогнозы и стратегии в действительность.

— Поясню это на экстремальном примере. В последние несколько лет мы столкнулись с серией отменно подготовленных терактов: WTC 11 сентября, «Норд-Ост», Мадрид, Беслан. Посмотрите на ситуацию в «Норд-Осте»: идеально организованный захват заложников, высочайший уровень планирования. Это делают арабские террористы, вчера прочитавшие Коран, которым не жалко своей жизни? Человек, который способен спланировать такие вещи, свою жизнь и свой разум ценит очень высоко.