Журнал «Компьютерра» № 46 от 12 декабря 2006 года

А для структурирования этого океана информации небезызвестный специалист по еврейскому вопросу А. Эйхман создал уникальную базу данных. Гигантскую автоматизированную картотеку. Хардвер, конечно, был на электродвигателях, реле и конечных выключателях. Но справка о любом жителе Рейха выдавалась с поразительной скоростью и точностью.

И работала эта система с надежностью швейцарских часов. До поры уличных боев на тихих улочках под старыми липами. Благодаря ей (ну и подкупу народных масс!) Сопротивление в Германии если и сыграло роль, то чисто моральную.

И ломали режим русские танки и американские «летающие крепости». Наматывали нацистских адептов на гусеницы, испепеляли в огненных штормах.

И было это для руководства Рейха ИНФОРМАЦИОННЫМ шоком.

Миф автаркии, политические критерии формирования руководящих кадров привели к тому, что не только недоучка Шелленберг, шеф эсэсовской разведки, но и по-старопрусски образованный глава абвера Канарис совершили недопустимые промахи.

Хорошо известен шок, описанный в «Военных дневниках» начальника главного штаба Сухопутных войск Германии Ф. Гальдером, от знакомства с характеристиками русских танков Т-34 и КВ. Нацистская разведка не смогла толком проинформировать руководство об этих уникальных машинах.

Но это еще цветочки — любой образец вооружения перестает быть секретом, когда появляется на поле боя. Наци даже не подозревали о возникших в ходе индустриализации промышленных центрах Урала и Сибири!

Недооценили они (по идеологическим мотивам) и экономическую мощь США. Финал — известен.

При порочной парадигме любые конкретные информационно-технологические достижения не дадут должных результатов.

НАУКА: Пыль в пустоте: Cтоит ли бояться астероидов?

Автор: Александр Бумагин

По космическим меркам астероиды так малы, что даже крохотные планеты земной группы могут считать себя гигантами по сравнению с ними. Если придерживаться классических взглядов на рождение Солнечной системы, то астероиды — не что иное, как мусор, оставшийся после образования планет, своего рода пыль, которую некому вытереть. Несмотря на столь незавидную участь, внимание к ним год от года все возрастает. Именно от этих крох ждут конца света. Попробуем разобраться, насколько реальна эта угроза и как ее отвести. А началась история знакомства человечества с астероидами с… пустоты.

Нет, к моменту Большого взрыва возвращаться не будем. «Природа не терпит пустоты», — сказал Аристотель, имея в виду очень многое, что выходит за рамки статьи. Для нас же важно, что немало ученых эпохи Возрождения, на самой заре новейшей астрономии, принимали идею гармоничного мира древних греков и старались все видеть в этом свете. Там, где для полноты картины не хватало какого-то звена, его искали, находили или верили в то, что нашли. В нашем случае речь идет о той пустоте, которую астрономы наблюдали между орбитами Марса и Юпитера.

Пустота эта разительно отличалась от пустот между остальными планетами, так как не укладывалась в красивую закономерность, выведенную профессором Иоганном Даниэлем Тициусом фон Виттенбергом и опубликованную в 1766 году. Эта закономерность известна как правило Тициуса-Боде. Прусский профессор увидел в последовательности значений радиусов планетных орбит стройную геометрическую прогрессию, в которой зияла дыра, соответствующая расстоянию примерно в 2,8 а. е. Более того, когда в 1781 году Гершелю посчастливилось открыть Уран, средний радиус орбиты планеты (19,19 а. е.) оказался близок к значению восьмого члена прогрессии (19,6 а. е.). В каком-то смысле Уран обнаружил себя очень вовремя. По всей Европе заговорили о пятой неизвестной планете за Марсом. Одни считали, что скромные размеры тела не позволяют его рассмотреть, другие — что судьба планеты, которая была когда-то, но которой нет сейчас, так и останется неведомой. Третьи же, например Джузеппе Пиацци, занимались своим делом и поисками планет интересовались не особо. Как известно читателю, именно итальянский астроном открыл первый астероид в первую ночь девятнадцатого века, вопреки любым законам, то есть совершенно случайно.