Журнал «Компьютерра» № 9 от 7 марта 2006 года

Вначале — несколько фактов из теории экологии. Чем сильнее перекрываются экологические ниши (спектр потребностей, роль в сообществах) двух видов, тем острее эти виды конкурируют, то есть снижают численность друг друга. Самой сильной зачастую бывает вражда между двумя близкими видами, поэтому они оказываются географически разобщенными. Согласно правилу конкурентного исключения, которое сформулировал российский ученый Г. Ф. Гаузе, длительное сосуществование двух конкурентов с одинаковыми экологическими нишами оказывается неустойчивым. Рано или поздно конкуренция должна привести или к вымиранию одного из видов, или к разделению ниш (то есть приобретению видами отличий друг от друга)...

Применимость правила Гаузе в биологии — предмет многих исследований. Чаще всего оно подтверждается, иногда — не вполне. Так, если виды-конкуренты находятся под прессом хищника или неблагоприятных обстоятельств, конкурентное вытеснение может быть заморожено. Представьте, что вы рассматриваете под микроскопом пробу воды из реки или озера. Возможно, там найдется несколько десятков видов одноклеточных водорослей. Ниши этих видов почти полностью пересекаются, но их численность зависит не от поведения конкурентов, а от влияния хищников (например, мелких рачков-фильтраторов). Но стоит водорослям вырваться из-под гнета хищников (это происходит, в частности, во время цветения воды), часть видов-конкурентов оказывается подавленной. В цветущей воде доминируют два-три наиболее конкурентоспособных вида, отличающиеся спецификой своих ниш.

Еще один пример. Если сделать заповедным какой-то участок степи или луга и прекратить на нем выпас скота, через какое-то время количество видов трав на этом участке уменьшится: сильные конкуренты «додавят» слабых.

Если мы хотим разобраться в особенностях какого-то вида, нам следует выяснить, как и с кем он конкурирует. А применимы ли изложенные закономерности к самому интересному для нас виду — человеческому? С кем конкурирует Homo sapiens Linneus, 1758?

Тысяч пятьдесят лет назад нашими конкурентами были близкие виды — H. erectus (прямоходящий человек), H. neandertalensis (неандерталец), H. floresiensis (человек острова Флорес). Пока численность людей зависела в основном от сочетания благоприятных и неблагоприятных факторов среды, в разных частях ойкумены возникали разные родственные друг другу виды. Когда благодаря гибкому поведению нам и нашим конкурентам удалось выйти за пределы жесткой обусловленности обстоятельствами, с расширением ареалов разных форм людей должно было заработать правило конкурентного исключения. Победить должен был один вид.

Мы знаем, что представители вида-победителя были относительно слабее физически (не считая карликового H. floresiensis), но зато плодовитее, агрессивнее и гибче. Вероятно, шансы сохраниться под нашим владычеством имели лишь карлики с острова Флорес («КТ» уже писала об этих людях, находка останков которых была признана крупнейшей сенсацией 2004 года), поскольку экологическая ниша этого вида существенно отличалась от нашей. Увы, его места обитания оказались разрушены извержением вулкана.

Как долго разные виды людей находились в тесном контакте? Ответить на этот вопрос позволил недавно усовершенствованный палеонтологами из Кембриджа радиоуглеродный метод датировок. Его суть заключается в следующем. Под действием ионизирующего излучения на атмосферу обычный углерод (12С, 13С) в составе углекислого газа переходит в радиоактивный (14C). В ходе фотосинтеза радиоактивный углерод потребляется растениями, а затем передается по пищевым цепям. С течением времени он распадается (период полураспада — примерно пять с половиной тысяч лет). Чем меньше доля радиоактивного углерода в остатках организма, тем больше их возраст. Выбирая для изучения только крупные органические молекулы, явно принадлежащие ископаемым организмам, а не привнесенные со стороны, исследователи снизили ошибку в датировках. С помощью уточненных данных удалось реконструировать динамику изгнания из Европы неандертальцев представителями нашего вида.