Журнал «Компьютерра» N 10 от 13 марта 2007 года

Жизнь на Марсе - вот знамя всех последних исследований. В прошлом или настоящем - это уже другой вопрос. Исходя из земных взглядов на жизнь, ученые давно обозначили два важнейших, пусть и не единственных условия ее существования: воду и защиту от космической радиации [Проблема верности выбранных критериев лежит большей частью в области философии, поскольку нам известен лишь один-единственный достоверный случай возникновения жизни. Нельзя отрицать, что на Марсе и других небесных телах могла возникнуть жизнь, организация которой в корне отличается от земной. Однако обнаружение такой «совсем чужой» жизни - скорее вопрос удачи]. Соответственно большинство недавних проектов по исследованию Красной планеты были ориентированы именно на эти цели - особенно поиск воды. Итак, чего же добилось человечество, потратив за последний десяток лет больше четырех миллиардов долларов на эти цели? Что нового мы узнали о Марсе из результатов работы многочисленных орбитальных станций и спускаемых аппаратов? Краткий ответ на этот вопрос можно найти на стр. 48, а ниже мы обсудим более подробно итоги наиболее важных проектов.

Зонд Mars Global Surveyor (MGS) первым прибыл к Марсу в рассматриваемый нами десятилетний период и оказался настоящим долгожителем, проработав более девяти лет. Не случайно его считают своего рода олицетворением десятилетки. Два главных достижения MGS - это, наверно, создание первой топографической карты всего Марса (с разрешением 230 метров на точку) и прояснение вопроса с магнитным полем планеты.

Хорошо известно, какое значение имеют атмосфера и магнитосфера Земли для всего живого. По мнению биологов, земные бактерии погибли бы на Марсе за несколько минут под ультрафиолетом Солнца, а прочие космические лучи сыграли бы роль контрольного выстрела. До получения результатов от MGS данные о марсианском магнитном поле были противоречивы, и не все специалисты брались утверждать, что оно вообще есть [Первую информацию о магнитном поле планеты получили советские «Марс-2» и «Марс-3», но однозначной интерпретации данных этих и других аппаратов не было]. Оказалось, что полноценным магнитным полем, сравнимым по структуре с земным, Марс действительно не обладает. Его поле носит остаточный характер и порождается намагниченностью отдельных участков коры планеты, при этом южное полушарие намагничено сильнее северного. Не исключено, что когда-то Марс обладал и глобальным магнитным полем, которое защищало поверхность от губительных для всего живого космических лучей. Этот вывод дал надежду. Теперь можно небеспочвенно предполагать, что на ранних стадиях эволюции Марса на нем была благоприятная для жизни радиационная обстановка. Если это постулировать, получается, что поиски жизни на Марсе связаны прежде всего с водой.

Пара и льда на четвертой планете хватило бы на пару-тройку крупных озер, а может, и больше, но в том-то и дело, что никаких озер на Марсе нет. Это безводная пустыня, едва прикрытая скудной атмосферой. Сочетание температуры и давления на поверхности не позволяет H2O долго пребывать в жидкой фазе. Даже если вода и попадает на поверхность из недр, она быстро замерзает или испаряется. Поэтому искать воду на планете можно в трех направлениях. Первое: поиск следов существования воды в прошлом, когда, возможно, условия были другими. Второе: поиск существующих грунтовых вод. Третье: поиск следов выхода этих грунтовых вод на поверхность. В работе по первому и третьему пунктам, как полагают многие ученые, MGS очень даже преуспел. Аппарат оценил запасы льда на полюсах. На детальных снимках зонда были обнаружены русла, которые вполне могли быть водными, а на стенках некоторых кратеров замечены свежие следы деформации, причиной которых тоже могла быть вода. Любопытны и топографические исследования MGS. Они показали, что северное полушарие Марса имеет гораздо более гладкую поверхность, что при желании тоже можно связать с существованием там океана в далеком прошлом. Наконец, слоистые породы, найденные на поверхности, возможно, образовались вследствие длительного существования водоемов в прежние эпохи.

Последнее, что сделал MGS для общего дела, - нашел места посадки для марсианских роверов Spirit и Opportunity, которые продолжили искать воду. А первый марсоход Sojourner (миссия Mars Pathfinder) способствовал успеху этой парочки в технологическом плане, обкатав все наработки конструкторов и программистов - у NASA ведь не было опыта эксплуатации аппаратов, подобных советским луноходам. Например, Sojourner позволил довести до ума полуавтоматическую систему перемещения марсоходов, и теперь действующие роверы, получив с Земли команду о конечном пункте пути, самостоятельно прокладывают маршрут и обходят мелкие препятствия.