Зимняя коллекция смерти

Подняться в гору на скользких подошвах оказалось непросто. «Упал — значит пропал» — отчетливо понимал Алехин, и потому демонстрировал чудеса эквилибристики. Спасение пришло от деревянного настила поверх какого-то котлована. Настил был с крышей, а потому льда там образовывалось меньше. Алехин быстро преодолел расстояние в пятьдесят метров. Слева вздымался из-под земли туннель, переходящий в метромост. Его украшали сталинские чугунные вазоны, увитые полезными в народном хозяйстве злаками. Справа находилось какое-то продолговатое сооружение непонятного назначения. Красной краской на нем было начертано «Даже Вова Маяковский уважал Спартак Московский».

Алехин слышал преследователя — клацанье каблуков по асфальту сменил глухой стук по дереву. Злоумышленник вбежал на деревянный настил над котлованом. У Кена была одна секунда, чтобы спрятаться. Он обогнул прибежище любителей Маяковского и Спартака. В стене был небольшой выступ. Кен нырнул за него, обнаружил спуск в подвал, практически скатился вниз и замер. Главный редактор слышал, как шаги остановились в нескольких метрах. Преследователь тяжело дышал и переминался с ноги на ногу. Внезапно от сильного удара по голове Алехин потерял сознание.

Прокуратура, ул. Большая Дмитровка

Этой ночью кабинет Липатова превратился в штаб крупной следственной операции. Приметы и фотографии Алехина были разосланы по всем отделениям. На его дачу по Можайскому шоссе отправили засаду. За офисом на Петровке установили наблюдение. Осведомители, работавшие почти во всех гламурных точках города, получили соответствующие наводки. Первым откликнулся агент по кличке Дантес, который сообщил, что видел Алехина с какой-то женщиной в кафе «Пушкинъ». Ушел около девяти вечера.

Севостьянов, попыхивая сигарой, сообщил:

— У него едва ли вообще есть деньги.

— Это еще почему? — недоумевал Липатов.

— Ты говоришь, что за тебя он расплачивался, вытащив пару тысячных купюр из кармана брюк. Если в «Пушкине» он платил карточкой — кстати, надо уточнить… Маслов, пробей там по банку, — Маслов кивнул и бросился звонить. — Если он платил карточкой, — продолжил Севостьянов — то кэш ушел на чай. Средний счет в «Пушкине» с дамой — тысяч семь. Тысячу он оставил на чай, две сотни гардеробщику — их было двое, сотня портье, сотня — парковщику.

— У него же водитель?

— Я сказал, сотня парковщику, а не две. Дантес сообщил, что Алехин был с женщиной. Домой он вернулся один. Значит, женщина уехала на своей машине. Едва ли Алехин позволил ей расплатиться самостоятельно. Он же редактор «Джентльмена», а не журнала «Бабы-суки».

— Может, Алехин ее подбросил по дороге.

— Не исключено, но в любом случае у Кена осталось не более двух тысяч рублей. Такие люди не ходят с «котлетой» в кармане. Он человек «нулевых», а не 90-х. В наше время серьезные пацаны имеют серьезные кредитки и вечно испытывают кризис наличности, — Севостьянов щелкнул серебряной гильотинкой для сигар, иллюстрируя фольклорную истину «Финансы поют романсы». — На оставшийся кэш Алехин не сможет снять номер даже в клоповнике под названием «Арктика» с удобствами в коридоре. Замерзнет — сам придет.

Севостьянов обернулся к подобострастно смотревшему на него Маслову:

— Ну что?

Маслов только что «пробил» банк и торжествовал:

— Последняя операция по счету — кафе «Пушкинъ», 7300 рублей.

— Значит, мог и полторы тысячи оставить на чай. У парня совсем плохи дела. — Севостьянов выпустил клубы дыма. Липатов поморщился. В крохотной комнате становилось трудно дышать. Полковник ФСБ продолжил, обращаясь к Маслову:

— А что там с телефоном? Установили местонахождение? — Севостьянов имел в виду технологию, позволявшую определить местонахождение человека по сигналу его мобильника.

— Нет, в МТС мне сообщили, что аппарат выключен. Вероятно, разрядился, — предположил Маслов.

— Это хорошо, потому что скорей вернется. Без денег и телефона он долго не протянет. Это плохо, потому что человек отчебучил глупость и у нас нет возможности ему это втолковать. — Севостьянов с минуту подумал, а потом обернулся к Липатову:

— Давай-ка, голубчик, этого Разумова сюда. Что у вас на него?

— Разрешите, товарищ полковник, я тут справочку подготовил, — Маслов, гордый собой, протянул Севостьянову распечатку.

— Спасибо, далеко пойдешь, — полковник пробежал глазами листок и спросил: — А ты, Тоша, что думаешь, зачем он там был ночью?

— Не знаю, я его допрашивал после убийства Алисы. Ну, он сказал, что они знакомы давно, со времени работы Разумова на MTV.

— Ладно, вызывайте, ты начнешь, а я по ходу подключусь. Самое интересное здесь.

Барвиха, Рублево-Успенское шоссе