Злачное место

Да, так вот, о размножении: по большому счету, Жизни совершенно наплевать, каким способом оно происходит – переносом пыльцы на лапках насекомых с тычинок на пестики, впрыскиванием спермы самца в половые пути самки или введением вируса «Б» непосредственно в кровь через укус. Как говорят американцы: «Не главное, как это выглядит, главное – как это работает!» У «шестерки» все работало как часы: достаточно было первым вирусам в коре головного мозга «почуять» через тот самый набор гормонов ее смерть и перейти в форму «Б», как активировалась полимеразная цепная реакция, – точно так же, как замок в молнии считывает информацию с одного зубца на следующий, так и рибонуклеиновая кислота, ответственная за хранение наследственной информации вирусов формы «А», «считывала» необходимую информацию с РНК вируса уже формы «Б», которая прямо-таки кричала на своем вирусном языке: «Носитель гибнет!!! Включай программу зомбирования, а то все сдохнем на хрен, мля!!!» Требовалось всего несколько минут, чтобы новая информация донеслась до каждой клетки умирающего организма, все вирусы «А» трансформировались бы в форму «Б» и перевели стрелки на «запасной путь».

После укуса свежеиспеченного зомби ртом, полным крови, кишащей вирусами формы «Б», тот же процесс начинался и в пока еще живом носителе – так же считывалась информация, форма «А» переходила в форму «Б», разве что процесс шел медленнее – в зависимости от того, какая доза вируса была введена в организм и куда, как быстро по нервным окончаниям от вируса к вирусу, гнездящимся там, информация о том, что «пипец всему!», достигнет вирусов, находящихся в коре, а уж оттуда каскадом обрушится во все остальные клетки. Собственно, почти так же развивается бешенство – и люди, наверное, инстинктивно это чувствовали, когда первые случаи заражения связывали именно с этой болезнью. Там ведь тоже после укуса бешеного животного вирус медленно бредет по нервным окончаниям, пока не доберется до головного мозга, и проходят, бывает, недели и месяцы, прежде чем человек начинает метаться в горячке, истошно орать, не в силах проглотить и глотка воды, отчего и название второе у этой хвори – водобоязнь. С «шестеркой» все происходило, конечно, значительно быстрее, однако тоже порой проходило несколько дней, пока человек, чудом вырвавшийся из замертвяченной Москвы куда-нибудь в украинское село и уже забывший про укус странной крысой еще до всего Этого, вдруг вставал ночью с кровати и шел есть собственных детей. И цепная реакция продолжалась. Искать разум в распространении эпидемии было то же самое, что искать его в кусках плутония, сработавших над Нагасаки. Просто жить хочется всем, в том числе и вирусам. А тут – повезло, карты так легли. Звезды так стали, и получилось ровно то, что и у колорадского, а тогда еще и не колорадского вовсе жука, когда он до штата Колорадо добрел и увидел там РАЙ в виде бескрайних картофельных полей…

Бандиты не появились ни утром, ни к обеду, и даже вечером их не было. По-видимому, кто-то наверху в 29-й зоне крепко озадачился тем фактом, что вблизи Васильевки исчезают их люди, и наобум творить вендетту не полез, решив сначала выяснить все расклады. Недоупокоенный азиат тупо стоял на окраине деревни, привязанный к ржавому, добедовому еще, трактору. На шее у него висела картонка с жирной, издалека видной надписью: «Поговорим?» Кому надо – надпись прочел, и, хотя бойцы Крысолова внимательно следили за лесом, никто из них так и не заметил, когда на опушке нарисовался парень в тонком кожаном пиджаке и джинсах, скучающе срубающий прутиком метелки люпина.

– Блин, откуда он вылез, – тихо пробормотал под нос Сикока, маленький черноволосый то ли кореец, то ли японец, отличающийся, как заметил Артем, фантастической прожорливостью и не менее неуемным влечением к противоположному полу. – Это не простой зэк, командир, гадом буду, тут кто-то из серьезных.

– А нам такого и надо, – спокойно сказал Крысолов. – Ну что, пошли, Артем?..

Батя, собственно, сам рвался поговорить с бандюками, но Крысолов трезво рассудил, что даже такой малой подсказки, как то, что у них здесь как минимум есть один раненый, бандитам давать не стоит. А поскольку никто из уцелевших пяти мужиков, робко сунувшихся в деревню только к вечеру того сумасшедшего дня, на переговоры с «крестовыми» не рвался, как представителю деревни решено было идти Артему. Собственно, в деревне уже оставалось семей хорошо если половина. Очень многие, прикинув расклады, предпочли скрыться в лесу, дабы отсидеться, пока все не уляжется. Пока они шли к парню по невысокой траве, он демонстративно отвернулся в сторону леса, заложив руки за спину. И только когда до него оставалось метров пять, не спеша развел руки и медленно повернулся к ним лицом, демонстрируя пустые ладони.