Знак Вопроса 1997 № 02

В 1973 году профессор Ванкуверского университета Поль Леблонд, собрав и проанализировав 23 встречи с «морским змеем», которые произошли у западного побережья Северной Америки на протяжении 60 лет, пришел к такому выводу: «…я убедился, что существует один-два вида обитающих в океане животных, совершенно не похожих на известные науке».

Не лишним будет напомнить; что до сих пор одним из «белых пятен» на карте мира является мало изученное Саргассово море. Некоторые ученые считают, что именно в его теплых и малодоступных водах предстоит обнаружить неведомое пока морское животное, которое моряки принимают за «морского змея».

КРАКЕН, ПУЛЬП, СПРУТ

Другим не менее страшным чудовищем, которым «населили» моря и океаны обладавшие живой фантазией моряки и ученые средневековья, был кракен (он же пульп, он же спрут).

Как и в истории с «морским змеем», легенды о морских чудищах невероятной величины уходят корнями в далекое прошлое. Достаточно вспомнить многоголовое чудище Сциллу, которая в один присест сожрала сразу шестерых спутников Одиссея.

Однако, как ни велика и страшна была Сцилла, она не идет ни в какое сравнение с кракенами, порожденными буйной фантазией моряков прошлого, больших любителей приукрасить свои приключения и переживания. В мрачное раннее средневековье о кракенах («крак» по-норвежски — низкое корявое дерево) ходило множество, одна другой жутче, легенд.

Согласно одной из них ужасающего вида животное поднимается иногда из морской бездны на поверхность и неподвижно замирает, греясь под лучами теплого солнца. И так, не двигаясь и не выказывая малейших признаков жизни, кракен может пребывать очень долго. Так долго, что его широченная спина успевает покрыться землей. На этой земле произрастали принесенные ветром семена, появлялась буйная растительность: трава, кусты, деревья. Затем на «остров» проникали животные и люди. Люди, естественно, начинали обживать новую «землю»: строить хижины, разводить скот, заниматься земледелием. Но их безмятежная жизнь длилась обычно до тех пор, пока в один прекрасный день соскучившийся по подводному мраку кракен не погружался в морскую пучину, увлекая за собой все население живого «острова».

Исполинского кракена, выползшего из моря на берег Лапландии, видел якобы в 1180 году король Норвегии Сверр. Чудовище, как утверждал король, было таким огромным, что на его спине мог запросто проводить учения полк солдат.

А с епископом Нирадосским, согласно другой легенде, произошел и вовсе из ряда вон выходящий случай. Прогуливаясь однажды по берегу моря, епископ наткнулся вдруг на невесть откуда появившуюся скалу. Приняв скалу за чудо божье, священнослужитель решил тут же воздать всевышнему хвалу. Он наспех соорудил на «скале» алтарь и отслужил молебен. Кракен терпеливо дождался окончания службы и, когда почтенный епископ спустился со «скалы» на сушу, медленно погрузился в море.

А теперь перенесемся в XVIII столетие. Мореплаватели открыли новые земли, о существовании которых в XII столетии, а тем более в Древней Греции мало кто подозревал. Еще совершая первые кругосветные плавания, люди воочию убедились, что Земля круглая. Ученые постигли тайну мироздания. Человек опустился на морское дно — к этому времени был изобретен подводный колокол. Словом, прогресс был налицо. Казалось бы, в такие времена россказни о кракенах должны восприниматься не более как сказки. Ан нет! Легенды и рассказы «очевидцев» об исполинских морских чудовищах как будоражили умы людей, так и продолжали будоражить далее. И распространению их способствовали не только безграмотные и суеверные моряки…

В 1751–1753 годах выходит в свет очень солидный двухтомный трактат норвежского епископа (город Берген) и историка Эрика Понтоптидана под названием «Естественная история Норвегии». И что же мы находим в этом солидном научном труде? А находим мы вот что: «Когда чудовище всплывает на поверхность, над морем, словно перископы, поднимаются его блестящие рога. Вытягиваются в длину, набухают, наливаются кровью. Они возвышаются над водой, как мачты корабля средних размеров. Это, по-видимому, руки животного. Говорят, если оно ухватится ими даже за самое большое судно, то может утащить его на дно».