Знак Вопроса 1997 № 02

Прямым продолжением начатой в предыдущей иконе темы соборности и евхаристии в деле церковного Домостроительства премудрости служит третий тип новгородских икон Софии, ныне представленной иконой из Собора Малого Кириллова монастыря близ Новгорода. Соборность на ней передана не символически в виде столпов, а буквальным изображением заседаний, тогда как таинство Причащения воссоздано через образы Христа, сидящего с чашей в руке, и приготовляющих трапезу слуг. В целом композиция знаменует церковное осмысление слов Писания: «Премудрость построила себе дом, вытесала семь столбов его, заколола жертву, растворила вино свое и приготовила у себя трапезу» (Пртч.9,1–2). Исследовательницей иконы В. И. Ан-тоновой содержание композиции передано в следующих выражениях: «Семь столпов, на которых утвержден дом премудрости, олицетворены в царственных председателях семи вселенских соборов, происходящих под закомарами одноглавого здания. Божественное вдохновение, владевшее участниками соборов, разъяснено на свитках семи ангелов по числу представленных заседаний. Воплощение премудрости — «Божией силы и Божией крепости» помещено в большом тройном круге славы с чинами ангельскими и символами евангелистов, обводящем сидящую с чашей в руке фигуру в белых одеждах. Голова ее окружена семиконечным звездчатым нимбом. Порывистым движением, которому вторит развевающаяся одежда, премудрость небесная обратилась к своему земному проявлению — заключенному в меньшую славу образу Богоматери, восседающей на престоле с младенцем на коленях.

Этому сопоставлению подчинена вся многолюдная композиция нижней части иконы. Слаженными движениями «препоясанные рабы» Премудрости вспарывают шеи двух тучных тельцов. Виночерпий наполняет чаши, к которым неудержимо рвутся жаждущие».

Икона «Премудрость созда себе дом». Киев. XIX в

Как следует из описаний всех трех вариантов новгородской иконы, история ее иконографии динамична и представляет собой постепенное движение иконописцев от передачи самих образов Иисуса Христа Премудрости Божией в сторону наибольшего раскрытия идеи Его Домостроительства. Эта тенденция особенно заметно проявилась в более поздних во времени двух типах уже не новгородских, а киевских икон Софии, где изображения Христа отошли на второй план, уступив место или образу Церкви, или образу Богоматери в окружении других явлений Домостроительства — ангельских и пророческих чинов.

По описанию протоиерея Лебединцева, первая «Киевская икона Софии — Премудрости Божией» изображает св. Деву с воздетыми горе руками и с младенцем Иисусом в ее лоне. Св. Дева стоит под 7-столпной сенью или ротондой на серповидной луне, поддерживаемой облаком, под коим большой амвон о 7 ступенях. На первой, нижней ступени амвона написано Вера, на 2-й Надежда, на 3-й — Любовь, на 4-й — Чистота, на 5-й — Смирение, на 6-й — Благодать, на 7-й — Слава. По ступеням того же амвона стоят праотцы и пророки: справа — Моисей, Аарон и царь Давид; слева — Исайя, Иеремея, Иезекииль и Даниил, каждый с символическим знаком и хартией в руке. На 7 столпах ротонды, в кругах под капителью коринфского ордена изображены в венках эмблемы 7 даров Святого Духа с соответствующими надписями из Апокалипсиса. По карнизу сени строгая надпись: «Премудрость созда себе дом и утверди столбов седьм». Над сенью или ротондой изображены в лучах: Бог Отец благословляющий, а под ним Святой Дух в виде голубя, в светозарном облаке. По сторонам от Бога Отца 7 крылатых ангелов, поддерживаемых облаками, справа: Михаил, Уриил и Рафаил; слева — Гавриил, Салафиил и Варахиил с символическими знаками в руках».

Хотя Киевский собор Софии древнее новгородского, храмовая икона Премудрости в Киеве появилась позднее, чем в Новгороде. Непосредственным ее создателем иногда называли митрополита Петра Могилу. Но подобные указания не следует понимать буквально, в иконописи Ничто не создавалось на пустом месте, все рождалось путем развития и усложнения уже имеющихся иконописных типов. Не была исключением и киевская икона Софии, чья композиция выросла из более скромной композиции иконы константинопольской патриаршей церкви, изображавшей Богоматерь с Младенцем в окружении пророков, державших хартии с надписью «Премудрость созда себе дом». Впоследствии же, как и в случае с новгородской иконой, богословское содержание византийского образца было усложнено и обогащено путем привлечения апокалиптических образов. И прежде всего образа, что описан в двенадцатой главе «Апокалипсиса»: «И явилось на небе великое знамение; жена, облеченная в солнце, под ногами ее луна».

В связи с доминированием в композиции иконы киевской Софии образа Богоматери, хочется, кроме всего прочего, заметить, что запрет Синода изображать Премудрость в лице «некия девицы» не выглядит сейчас бесспорным, он понятен и оправдан по отношению к аллегории мирской мудрости или гностической Софии-Пруникос, но под этот запрет могла подпасть и одна из киевских версий иконы Премудрости, безукоризненной с догматической точки зрения.