Знак Вопроса 1998 № 03

В самом деле. Представьте себе положение Алексея Петровича: даже сомневаясь (поначалу!) в предсказанном, постепенно, по мере реализации «предначертанного!», он вынужден был уверовать в непогрешимость прогноза!

И в последнем случае именно эта уверенность в точности предсказания могла чисто психологически воздействовать на течение физиологических процессов организма. И к предсказанному дню (и часу!) смерти его психика, довлея над организмом, могла выключить все механизмы защиты и жизнеобеспечения. И он угас… как лампа без керосина! Угас потому, что поверил!

Мне это представляется весьма реальным, и на память приходит прекрасное восточное предание о князе и холере.

Объезжая свои владения, некий князь повстречался с холерой. «Что ты тут делаешь?» — спросил князь. «Я пришла убить 1000 человек в твоих владениях», — ответствовала холера. Когда же холера покидала его земли, князь, снова встретив гостью, возмущенно спросил: «Ты же обещала мне убить 1000 человек, а убила 5000!» «Это не Я, — ответила холера. — 4000 умерли от страха!»

Вряд ли страх убил моего героя. Имело место нечто иное. В средние века в одной из стран Пиренеев был проведен жестокий эксперимент над приговоренным к смертной казни преступником. Тело «подопытного» закрепили в специальном устройстве. Глаза завязали. Заключенному объявили, что смерть ему назначена от истечения крови после вскрытия вены. Однако вена не была вскрыта! Эту процедуру лишь имитировали, нанеся неглубокий поверхностный надрез, не затрагивавший сосуды. Но на опущенную руку лили теплую воду, которая капельно стекала с пальцев в подставленный металлический таз… Приговоренный умер под мерное звучание падающих в таз капель воды со всеми признаками потери крови… Умер потому, что был убежден в своей обреченности!

Итак, мне представляется целесообразным поиск документа, исполненного рукой Алексея Петровича Ермолова, очевидно, составляющий всего один лист, «похожий на послужной список», что, возможно, определило его печальную судьбу, небрежное отношение к уникальному документу!

И если его удастся найти, то необходима тщательная графопалеографическая экспертиза, установление авторства и времени исполнения текста, соответствие его возрастным изменениям почерка. К тому же, быть может, документ датирован?! Это тоже представляет интерес!

Для упрощения поиска прибавлю, что, поскольку Алексей Петрович проживал и скончался в Москве, а архив его по наследству перешел к его племяннику Николаю Петровичу Ермолову, а после кончины последнего — к его сестре Екатерине Петровне Ермоловой, передавшей основную часть бумаг в Московский Главный архив Министерства иностранных дел — ныне ЦГАДА — Центральный Государственный архив древних актов, фонд 1496 (Ермоловы), то в нем, очевидно, и следует начать поиск.

В публикации журнала «Русская Старина» упоминается, что встреча с «человеком в костюме мещанина» состоялась в ту пору, когда Алексей Петрович был ЕЩЕ В ЧИНЕ ПОДПОЛКОВНИКА.

Однако известно, что этот чин был пожалован Ермолову 1 февраля 1798. года. Но уже в декабре того же 1798 года он был арестован, а затем сослан в Кострому. Освобожден же из ссылки после смерти Павла I по указу Александра I от 15 марта 1801 года.

О следующем повышении в чине Алексей Петрович в «Записках» сообщает:

«1806. Армия генерала от кавалерии Михельсона, проходившая через польские области, принадлежащие Пруссии, не видав неприятеля, также возвратилась в свои границы. Начальство над нею принял генерал от кавалерии Беннингсен…

В непродолжительном времени вышли за прошедшую войну награды. Многие весьма щедрые получили за одно сражение при Аустерлице; мне за дело во всю кампанию дали орден Св. Анны второй степени, ибо ничего нельзя было дать менее.

Напоследок, по отличному отзыву обо мне главнокомандующего и по ходатайству генерал-адьютанта Уварова, я произведен в полковники, обойдя одного меня старое в чине. По расположению ко мне начальства я должен был и то принять за величайшую награду, хотя в одном чине был я без малого девять лет». (Ермолов А. П. Записки А. П. Ермолова 1798–1826. — М., 1991, с.61).

Поскольку по крайней мере во второй половине 1805 года Ермолов был занят в военных действиях против Франции, а до лета 1801 пребывал в ссылке, то описанное выше событие произошло в период с лета 1801-го до второй половины 1805 года.

НА ТРОНЕ — ИМПЕРАТОР НАПОЛЕОН!

Вся Европа составила бы один народ, одно семейство. Везде были бы одни законы, одни деньги, одна мера весов. Я бы потребовал, чтобы не только моря, но и все реки были открыты для всеобщей торговли, чтобы войска всех держав ограничились одной Гвардией государей!

План «Единой Европы» в изложении Наполеона