Зодчие, конунги, понтифики в средневековой Европе

Собственно же архитектурное влияние Абхазского царства можно предполагать лишь в храме в Авневи, в бассейне р. Проне. Этот триконх, вписанный снаружи в греческий крест, внутри отличают две специфические черты: ступенчато повышающиеся подпружные арки, характерные для «абхазской» и «аланской» школ, и обрывающийся архивольт в торце западного рукава, типичный для крестово-купольных церквей Алании[375].

Итак, несмотря на то что абхазский наместник Картли резидировал в Уплисцихе, в долине р. Куры не строилось сложных в плане или богато украшенных храмов, которые возводились, причем в большом количестве, в верховьях р. Ксани — домене эриставов Канчаели (происходили из Канчаети) — и р. Лиахви — домене эриставов Тбели (происходили из Тбети близ Цхинвали). Следовательно, крупным церковным строительством в Западной Картли конца IX–X вв. занимались не абхазские цари, а — в согласии с вышеописанной политической ситуацией — местные азнауры, наиболее могущественные в северной части региона, менее затронутой арабскими набегами IX — начала X вв.

Западнокартлийское церковное зодчество второй половины IX–X вв. не образует архитектурного единства, да и общие для всех памятников черты в нем выделить сложно. Это преимущественно небольшие, компактные храмы, чаще всего центрические или зальные, реже — «трехцерковные» базилики. Купольных храмов мало (Армази, Цирколи, Инаури, Двани), и они имеют подражательный характер, причем купол у них убран по непонятной причине под двускатную кровлю, что становится характерной чертой местного зодчества. В церквях много резьбы, что продолжает традицию местной доарабской архитектуры. Камерный характер этого зодчества связан с отсутствием крупных заказчиков: местные феодалы вполне удовлетворялись небольшими церквями, а абхазские и анийские цари не имели нужды строить здесь большие соборы — то же самое мы увидим и в Восточной Картли. Наконец, еще одной особенностью послеарабского западнокартлийского зодчества является почти полное отсутствие внешних влияний (немногочисленные примеры см. выше): местные азнауры предпочитали ориентироваться на локальную доарабскую архитектуру, максимально упрощая ее образцы. Абхазское влияние проявляется лишь с начала X в., да и то почти исключительно в декоре. Единственное исключение — храм в Кусирети с его восьмигранной апсидой, окном на стыке граней и кирпичом в арках, находящими себе параллели для IX–X вв. только в Абхазии.

IV. Кахетинское хорепископство/царство

Ранняя история Кахетии слабо отражена в письменных источниках, так что мы почти ничего не можем сказать о политической истории этого региона, сложившегося из нескольких исторических областей (Кахети, Кухети, Гардабани, Эрети и др.), населенных племенами разного происхождения. В 820-е годы мтаваром Кахетии был некий Григорий, однако с 830-х и до начала 880-х годов ею управляли хорепископы из рода Донаури гардабанского происхождения. Именно при Донаури, Самоэле или Габриеле[376] в 850-е или начале 860-х годов упоминаются первые после долгого перерыва церковные постройки в Кахетии — женский и мужской монастыри, основанные прп. Иларионом Грузином[377]. Примечательно, что сооружает эти храмы монах, который только вернулся после семилетнего пребывания в Палестине, а до этого, в восточногрузинской Гаредже, ничего не строил, но жил в пещере — таким образом, новая традиция церковного строительства, возможно, была привнесена в Кахетию извне. Если Иларион Грузин идентичен пришедшему из Иерусалима Илариону, первому настоятелю монастыря в Убэ (см. выше) из ЖГХ 21, то он мог привнести в Кахетию строительную традицию из Кларджетии.

В начале 880-х годов — почти одновременно с возвращением Абхазии к союзу с Византией и началом «абхазской архитектурной школы» — власть над Кахетией переходит к хорепископам из династии Аревманели: это Фадла I (881–893), Квирике I (893–918), Фадла II (918–929), Квирике II (929–976), Давид (976–1010) и Квирике III Великий (1010–1012, 1014–1037), который принимает царский титул. Мы не знаем, откуда происходила династия Аревманели, однако следует заметить, что большинство памятников, которые могут быть соотнесены со временем ее правления (см. ниже), находятся на правом берегу р. Алазани, на северо-восточном склоне Гомборского хребта, между Акурой и Гурджаани — учитывая наличие близ Вачнадзиани древнего дворца, кажется вполне вероятным, что родовые владения Аревманели находились именно здесь.

Главными политическими оппонентами хорепископов Кахетии, владевших также Восточной Картли, в IX–X столетиях, помимо соседних мусульманских правителей, оказываются абхазские цари — впервые начиная с 820-х годов, но особенно с 870-х годов, когда под их власть переходит Западная Картли. Их взаимоотношения касались не только военной, но и церковной сферы: около 920 г. они совместно дали привилегии Шио-Мгвимскому монастырю близ Мцхеты. В 957 г. Леон III и Квирике II даже договорились о заключении брачного союза между своими детьми: дочь абхазского царя вышла замуж за сына кахетинского хорепископа.