Золотой век амазонок

То, что основа этих государственных экспериментов являлась патриотической и служила росту национальной гордости, подтверждается тем фактом, что народные песни полны воспоминаний о доблести обеих героинь. Донесенные до нас течением времени обломки языческой цивилизации представляют чрезвычайный интерес для нашей темы. Они свидетельствуют о том, что сам образ мышления людей был обращен к самопрославлению; весь народ образовывал единую семью, воспринимавшую окружающий мир анимистическим образом. Природа поистине сочувствовала избранным людям. Ссора мелких вождей способна была вызвать наводнение или землетрясение. Над таким-то народом властвовали Любуша и Валаска. Но, как всегда бывает в сказаниях, деяния добрых женщин и произведенный ими эффект оказались преувеличенными. Правда заключается в том, что Любуша, младшая из трех дочерей, родилась в 680 году, унаследовала власть от отца в 700-м, и скончалась в 738-м, оставив наследников. По обычаям древних славян младший ребенок, обладавший особыми качествами, мог унаследовать семейную собственность и власть в семье; ибо простейший здравый смысл велел не признавать первородства, если оказывалось, что в жизненно важных вопросах старший не обнаруживал нужных физических и умственных способностей. Любуша, по преданию обладавшая даром пророчества, обратилась к своим сестрам, которых звали Кача и Тета, и учредила поддерживавший ее Совет Дев. Кроме того, ею были установлены Три Строя, или Сословия, отчасти являвшиеся преградой для претензий знати, а также восстанавливавшие старинные законы, поскольку Сословия являлись также и судами. Она вышла замуж за крестьянина Пржемысла, стала основательницей города Прага и при любой возможности возвышала женщин. Тем не менее после ее смерти Совет Дев был упразднен. После этой меры Вала-ска, самая близкая из наперсниц Любуши, подняла восстание, собрав недовольных, и попыталась основать женское государство; однако ее победа оказалась частичной и кратковременной. Можно только представить, насколько эдикты, издававшиеся избранным комитетом «молодых особ», раздражали крепких мужчин, населявших этот подвергавшийся постоянным опасностям край. Поэтому конечное ниспровержение навязанного Любушей режима женской власти не может удивлять. Тем не менее даже в те дни Богемию нельзя было назвать страной амазонок. Сама Любуша была замужней женщиной, ее потомки, в первую очередь представленные гордыми Габсбургами, последним прямым наследником которых по прямой линии являлась Мария-Терезия, сыграли значительную роль в истории Европы и ее собственного родного края. Весьма вероятно, что старинные песни и предания в достаточно верной форме донесли до нас опрометчивые идеи свирепой Валаски (ироничной карикатуры на ее достойную госпожу). Вполне очевидно, что поскольку большинство мужчин в неприкосновенности сохранили свои правые глаза и большие пальцы, они могли позволить себе воспевать деяния обеих героинь только после того, как те надежно упокоились в могиле.

Второй ряд событий не делает чести человечеству, а напротив, переносит нас на первобытную стадию греческих мифов, хотя этому, наверно, можно найти и некоторые смягчающие обстоятельства. В самом начале Первой французской революции женщины, особенно парижанки, играли активную роль в политике и, как следует откровенно признать, редко обращались к интересам мира или доброй воли. Однако, по справедливому замечанию Мишле, женщины в течение многих веков переносили давление двойного угне-гения, ибо помимо собственных им приходилось разделять страдания любимых ими людей. Долго копившиеся незаслуженные обиды, которым не было конца, доводили их до отчаяния. Они принимали участие во взятии Бастилии и стали свидетелями реакции, на которую Королевское Семейство не обращало внимания, а дворцовые дамы попросту разжигали.