Золотой век амазонок

Возвращаясь к Верхнему Нилу, мы обнаруживаем свидетельство сэра Джорджа Роулинсона, утверждавшего, что в его дни царь беров (Behrs), обитавших на Белом Ниле, располагал женской гвардией, защищавшей его настолько эффективно, что к персоне владыки не мог приблизиться никто из мужчин за исключением его министров. Впоследствии, когда жизнь этого государя уже приближалась к концу, указанным дамам пришлось удушить его — в качестве знака внимания, чтобы царь не оставил сей мир как любой угне-тенный болезнями и скорбями простой смертный. Однако мы вполне можем предположить, что и гвардия, и жестокий обычай имели более глубокий смысл. Обстоятельства заставляют нас видеть в этом мелком правителе наследника некогда могущественного царя-бога, чьим долгом и высшей привилегией являлась обязанность предложить свою жизнь в качестве жертвы за благо собственного народа. Он мог и сам поторопить свое отправление в неизбежное путешествие, и тогда в его гвардии приходится видеть прежних жриц. Бесспорно, совпадение обряда и его исполнительниц свидетельствует об азиатских корнях. Еще в 1840 год месье д’Арно обнаружил, что короля беров по-прежнему окружает отряд копейщиц.

Примерно в этом регионе отец Альварес собрал сведения о племени амазонок, существенно отличающемся от классического типа. Этот священник сопровождал португальского посланника, пребывавшего при дворе пресвитера Иоанна, императора Абиссинии[15], в 1520–1527 годах, и в своем странным образом прямолинейном повествовании, посвященном всей миссии, он рассказывает о союзных королевствах Дамуте и Горагс, лежавших к юго-западу от земель пресвитера Иоанна. После этого он добавляет: «Говорят, что у противоположной оконечности этих королевств Дамуте и Гораге, на юге от них, расположено то, что можно назвать королевством амазонок; однако это не совсем так, ибо кажется, что, как рассказывали мне, или как вещала или вещает нам книга инфанта Дона Педро, амазонки эти (если только они являются таковыми) имеют своих мужей почти весь год, они всегда пребывают с ними и проводят вместе все свое время. Место короля в этом королевстве занимает королева. Она не замужем и не имеет мужа, что не мешает ей иметь сыновей и дочерей, среди которых одна наследует власть. Говорят, что эти женщины очень воинственны и сражаются верхом на некоторых животных, легких, сильных и быстрых, но похожих на коров, еще они славятся меткой стрельбой из лука; в юном возрасте они лишаются левой груди, чтобы не мешала потом посылать стрелы. Говорят также, что в этой стране амазонок много золота, и оно поступает оттуда в королевство Дамуте и далее в другие области. Говорят, что мужья этих женщин не являются воинами, и жены не позволяют им брать в руки оружие. Утверждают, что из королевства Дамуте вытекает великая река, направляющаяся в другую сторону чем Нил — так каждая из них течет в собственную сторону. Нил в Египет, а другая река — в земли, никому здесь неведомые, считается только, что она направляется в Манисуйго (Manicuigo)». Приведенные здесь подробности указывают на то, что мы имеем дело с матриархальным государством, отличающимся тем, что женщины его, обученные военному делу, не являются амазонками Фемискирского образца, хотя удаление левой груди, бесспорно, свидетельствует об азиатском влиянии. Однако наличие полного общества, как у савроматов гинскократуменов, но с противоположными социальными функциями, не позволяет отнести это государство к тому же самому классу, который описывает греческий миф об этом аномальном обществе, что, вне сомнения, объясняет осторожность формулировок, использованных преподобным хронистом.