Возможно, о существовании «заговора» было известно венецианскому дожу. Во всяком случае, он не отнесся к нему враждебно. Всего за три года до похода византийский император продлил договор, по которому венецианцам даровались широкие привилегии. Вместе с тем такие же привилегии он даровал пизанцам и генуэзцам, а с венецианцев, несмотря на договор, взимал пошлину. После 1171 года, когда Мануил захватил всех венецианцев в заложники и конфисковал их имущество, и после народного избиения латинян, случившегося через несколько лет после того, венецианцы в Константинополе не чувствовали себя в безопасности. Дож Энрико Дандоло успел на своем горьком опыте убедиться в том, что греки относятся к латинянам не лучшим образом. Хотя летописные сведения, по которым греки якобы выжгли ему глаза стеклом, чем и объясняется его слепота, не соответствуют действительности, Дандоло принимал участие во многих переговорах с византийцами, не принесшими плодов. Да и сам по себе рассказ о его ослеплении свидетельствует о растущих ненависти и недоверии между греками и венецианцами.
Когда о «побочном походе» в Константинополь узнали франки Иерусалимского королевства, с нетерпением ждавшие долгожданной помощи, пошли слухи, что венецианцев с самого начала подкупил египетский султан, дабы отвлечь крестоносцев от своих владений. Об этом сообщает один палестинский летописец, но других доказательств сговора венецианцев с Египтом нет. Политика Венеции в предшествующее столетие, однако, позволяет задаться вопросом, в самом ли деле Венеция намеревалась увести свой военный флот из Романии и отправить все боеспособное население на захват Египта или отвоевание Палестины. На протяжении целого века Венеция подчиняла все прочие цели одной, главной: сохранению за собой особого места в Византийской империи. В самом ли деле венецианцы собирались в сложном для них 1202 году оставить Романию ради захвата новых «заморских» областей? Дож Дандоло подписал договор с Виллардуэном и другими посланниками до того, как крестоносцы выбрали своим предводителем Бонифаса, и до того, как объявился «молодой Алексей» со своими посулами. Кроме того, в договоре с крестоносцами не указано точное место военных действий. Возможно, Дандоло надеялся на то, что какие-либо препятствия помешают венецианскому флоту сочетать действия на юго-востоке Средиземноморья с действенной поддержкой венецианских интересов в Романии, как было во время походов 1099–1100 и 1122–1124 годов. Дож мужественно, решительно и вместе с тем гибко обратил к выгоде венецианцев возникшие в то время обстоятельства.
Многих рыцарей возмутило решение двигаться обходным путем через Константинополь, и они отправились прямиком в Палестину. И все же весной 1203 года из Адриатики вышел внушительный флот. Корабли приблизились к Константинополю в июне, очень вовремя для «молодого Алексея». Греки не соглашались добровольно признать его своим императором. Никогда еще со времен своего основания Константинополь не подвергался столь мощному натиску иноземной армии. С запада его защищали двойные стены, а с трех остальных сторон – стены вдоль воды. Однако от византийского флота, защищавшего город на протяжении многих опасных столетий, осталось всего двадцать сгнивших и поеденных жучком суден, неспособных тягаться с венецианскими кораблями. Чтобы получить опорную точку для нападения, крестоносцы захватили Галату, пригород к северу от Константинополя, отделенный от города устьем небольшой реки. Это устье образовало внутреннюю гавань Константинополя, называемую Золотым Рогом из-за своей формы и богатства собиравшихся там грузов (см. карту 3). Греки перекрыли эту внутреннюю бухту большой цепью, но цепь порвали после того, как рыцари овладели Галатской крепостью. Венецианские галеры вошли в Золотой Рог, пока рыцари продвигались по ее северному берегу.
Закрепившись в Галате, крестоносцы столкнулись с новой задачей. Как нападать на город – по воде, через бухту Золотой Рог, или по суше, обойдя бухту с запада? Более того, им пришлось решать эту задачу дважды, в июле 1203 и апреле 1204 года, ибо после того, как греки, испугавшись нападения, посадили на трон «молодого Алексея», оказалось, что последний не в состоянии выполнить свои обещания. У крестоносцев оставалось два выхода: смиренно убираться прочь и в уменьшившемся количестве продолжать Крестовый поход в Святую землю – или захватить город для себя.