Читаем Звезды царской эстрады полностью

Точные даты жизни артиста остаются неизвестными. По грубым прикидкам, он родился в 1870-е годы и, вероятно, в 1940-е ушел из жизни.

Такая же тьма окутывает судьбу еще одного претендента на лавры Морфесси, на этот раз «киевского Баяна» Василия Шумского. Ну что ж, придется поделиться теми «крохами», что имеются…

«Киевский Баян цыганской песни»

Василий Дмитриевич Шумский (Шомин) считается первым исполнителем и (по ряду источников – автором стихов) легендарного романса «Отцвели хризантемы».



Даты жизни музыканта не установлены.

Однако известно, что с начала ХХ века он был популярен в Киеве как исполнитель модных романсов и автор стихов к некоторым из них. Николай Харито – создатель музыки к «Хризантемам» – снабдил свое произведение посвящением «В. Д. Шумскому». Публично романс был исполнен в 1910 году, сразу вслед за появлением «партитуры» на прилавках киевских музыкальных магазинов. Однако, по мнению родной сестры Харито Надежды, несмотря на то что в нотах как автор стихов был указан Шумский, его заслуга здесь невелика: по просьбе издателя он лишь слегка отредактировал текст ее брата.

Василий Шумский часто выступал в концертах, получая аплодисменты от публики и хорошую прессу от критиков. После «Хризантем» местные газетчики, сравнивая певца со столичной знаменитостью Юрием Морфесси, прозвали его «киевским Баяном цыганской песни».

Из киевской прессы начала 1910-х гг.:


«Вчера в художественном театре миниатюр В. Шумским с большим успехом были исполнены новые романсы киевлянина Н. Харито: “Кончилось счастье” и “Тихо, тихо дремлет”. Романсы очень красивы и мелодичны, в них много настроения».

Остановимся на истории создания лирического хита и уделим внимание талантливому композитору-самоучке Николаю Ивановичу Харито (1886–1918).

Он родился в Ялте в семье богатого предпринимателя. После окончания гимназии поступил на юридический факультет Киевского университета, где постоянно находился в центре студенческой жизни: играл на рояле, пел, читал стихи. Ему неоднократно советовали сочинять, и вот осенью 1910 года студент написал первый и, как оказалось впоследствии, свой самый знаменитый романс – «Хризантемы».


Николай Харито


«Имя автора самого популярного, самого любимого русского романса – Николай Иванович Харито: с ударением имени на втором слоге. По сюжету романса сняли фильм “Отцвели уж давно хризантемы в саду”, пользовавшийся большой популярностью отчасти из-за популярности самого романса, отчасти благодаря участию в нем тогдашних звезд немого кино – актеров Ивана Мозжухина и Карабановой…После оглушительного успеха “Хризантем” Николай Харито продолжает сочинять с удвоенной энергией. Одновременно молодой человек участвует в многочисленных сходках, даже становится членом партии эсеров»[25].

В Первую мировую «революционер» был призван в армию, но до боев дело не дошло, он только успел окончить военное училище. По воспоминаниям современников и родных Николая Ивановича, талантливый родственник был красив, горяч и влюбчив. Даже будучи женатым, неоднократно становился жертвой своего темперамента, с головой уходя в новые увлечения и романы. Яркая внешность и манящая мужская привлекательность и стали причиной его ранней смерти. «В Тихорецке университетский товарищ Николая справлял свадьбу. Одна из двух сестер-близнецов, Софья Гонсерова, выходила замуж. Ее сестра Вера пришла на торжество с блестящим офицером, бароном Бонгарденом, приехавшим из Петербурга. Брат, как всегда, сидел за роялем, играл и пел. Вера, как и все рядом находившиеся дамы, буквально смотрела ему в рот, он же был популярный человек – молодой, красивый! Барон Бонгарден раз увел с собой Веру, потом второй… Наконец, изревновавшись, пригласил Харито выйти поговорить. Вышли.

И Бонгарден застрелил его в упор. Смерть была мгновенной. Это случилось в ноябре 1918 года. Николаю Ивановичу Харито не исполнилось и тридцати двух лет»[26].

Прежде чем поставить точку в главе, хочется вспомнить артиста, не претендовавшего на лавры «Баяна», однако без труда сумевшего найти себя в артистическом мире. Если и говорить о каких-то параллелях в его творчестве с другими исполнителями, то тут уместнее провести их с Изой Кремер или Александром Вертинским, никак не Морфесси, хотя с Юрием Спиридоновичем он также дружил и даже написал для него песню.

«Гусарский романс»

Владимир Александрович Сабинин рано проявил любовь к музыке. Едва ли не за десяток лет до дебюта Кремер и Вертинского Сабинин успешно выступает на эстраде с авторским циклом «Песни богемы», написанным в манере «песенок настроения».



Жанр «музыкальных улыбок» (не всегда притом радостных) прочно вошел в моду Серебряного века.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русские шансонье

Музыкальные диверсанты
Музыкальные диверсанты

Новая книга известного журналиста, исследователя традиций и истории «неофициальной» русской эстрады Максима Кравчинского посвящена абсолютно не исследованной ранее теме использования песни в качестве идеологического оружия в борьбе с советской властью — эмиграцией, внешней и внутренней, политическими и военными противниками Советской России. «Наряду с рок-музыкой заметный эстетический и нравственный ущерб советским гражданам наносит блатная лирика, антисоветчина из репертуара эмигрантских ансамблей, а также убогие творения лжебардов…В специальном пособии для мастеров идеологических диверсий без обиняков сказано: "Музыка является средством психологической войны"…» — так поучало читателя издание «Идеологическая борьба: вопросы и ответы» (1987).Для читателя эта книга — путеводитель по музыкальной terra incognita. Под мелодии злых белогвардейских частушек годов Гражданской войны, антисоветских песен, бравурных маршей перебежчиков времен Великой Отечественной, романсов Юрия Морфесси и куплетов Петра Лещенко, песен ГУЛАГа в исполнении артистов «третьей волны» и обличительных баллад Галича читателю предстоит понять, как, когда и почему песня становилась опасным инструментом пропаганды.Как и все проекты серии «Русские шансонье», книга сопровождается подарочным компакт-диском с уникальными архивными записями из арсенала «музыкальных диверсантов» разных эпох.

Максим Эдуардович Кравчинский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Прочая документальная литература / Документальное
Песни на «ребрах»: Высоцкий, Северный, Пресли и другие
Песни на «ребрах»: Высоцкий, Северный, Пресли и другие

Автором и главным действующим лицом новой книги серии «Русские шансонье» является человек, жизнь которого — готовый приключенческий роман. Он, как и положено авантюристу, скрывается сразу за несколькими именами — Рудик Фукс, Рудольф Соловьев, Рувим Рублев, — преследуется коварной властью и с легкостью передвигается по всему миру. Легенда музыкального андеграунда СССР, активный участник подпольного треста звукозаписи «Золотая собака», производившего песни на «ребрах». Он открыл миру имя Аркадия Северного и состоял в личной переписке с Элвисом Пресли, за свою деятельность преследовался КГБ, отбывал тюремный срок за изготовление и распространение пластинок на рентгеновских снимках и наконец под давлением «органов» покинул пределы СССР. В Америке, на легендарной фирме «Кисмет», выпустил в свет записи Высоцкого, Северного, Галича, «Машины времени», Розенбаума, Козина, Лещенко… У генсека Юрия Андропова хранились пластинки, выпущенные на фирме Фукса-Соловьева.Автор увлекательно рассказывает о своих встречах с Аркадием Северным, Элвисом Пресли, Владимиром Высоцким, Алешей Димитриевичем, Михаилом Шемякиным, Александром Галичем, Константином Сокольским, сопровождая экскурс по волне памяти познавательными сведениями об истории русского городского романса, блатной песни и рок-н-ролла.Издание богато иллюстрировано уникальными, ранее никогда не публиковавшимися снимками из личной коллекции автора.К книге прилагается подарочный компакт-диск с песнями Рудольфа Фукса «Сингарелла», «Вернулся-таки я в Одессу», «Тетя Хая», «Я родился на границе», «Хиляем как-то с Левою» в исполнении знаменитых шансонье.

Рудольф Фукс

Биографии и Мемуары
Борис Сичкин: Я – Буба Касторский
Борис Сичкин: Я – Буба Касторский

Новая книга серии «Русские шансонье» рассказывает об актере и куплетисте Борисе Сичкине (1922–2002).Всесоюзную славу и признание ему принесла роль Бубы Касторского в фильме «Неуловимые мстители». Борис Михайлович Сичкин прожил интересную, полную драматизма жизнь. Но маэстро успевал всё: работать в кино, писать книги, записывать пластинки, играть в театре… Его девизом была строчка из куплетов Бубы Касторского: «Я никогда не плачу!»В книгу вошли рассказы Бориса Сичкина «от первого лица», а также воспоминания близких, коллег и друзей: сына Емельяна, композитора Александра Журбина, актера Виктора Косых, шансонье Вилли Токарева и Михаила Шуфутинского, поэтессы Татьяны Лебединской, писателей Сергея Довлатова и Александра Половца, фотографа Леонида Бабушкина и др.Иллюстрируют издание более ста ранее не публиковавшихся фотографий.

Александра Григорьевич Сингал , Максим Эдуардович Кравчинский

Биографии и Мемуары

Похожие книги

Оперные тайны
Оперные тайны

Эта книга – роман о музыке, об опере, в котором нашлось место и строгим фактам, и личным ощущениям, а также преданиям и легендам, неотделимым от той обстановки, в которой жили и творили великие музыканты. Словом, автору удалось осветить все самые темные уголки оперной сцены и напомнить о том, какое бесценное наследие оставили нам гениальные композиторы. К сожалению, сегодня оно нередко разменивается на мелкую монету в угоду сиюминутной политической или медийной конъюнктуре, в угоду той публике, которая в любые времена требует и жаждет не Искусства, а скандала. Оперный режиссёр Борис Александрович Покровский говорил: «Будь я монархом или президентом, я запретил бы всё, кроме оперы, на три дня. Через три дня нация проснётся освежённой, умной, мудрой, богатой, сытой, весёлой… Я в это верю».

Любовь Юрьевна Казарновская

Музыка
Ференц Лист
Ференц Лист

Ференц Лист давал концерты австрийскому и российскому императорам, коралям Англии и Нидерландов, неоднократно встречался с римским папой и гостил у писательницы Жорж Санд, возглавил придворный театр в Веймаре и вернул немецкому городку былую славу культурной столицы Германии. Его называли «виртуозной машиной», а он искал ответы на философские вопросы в трудах Шатобриана, Ламартина, Сен-Симона. Любимец публики, блестящий пианист сознательно отказался от исполнительской карьеры и стал одним из величайших композиторов. Он говорил на нескольких европейских языках, но не знал родного венгерского, был глубоко верующим католиком, при этом имел троих незаконнорожденных детей и страдал от непонимания близких. В светских салонах Европы обсуждали сплетни о его распутной жизни, а он принял духовный сан. Он явил собой уникальный для искусства пример великодушия и объективности, давал бесплатные уроки многочисленным ученикам и благотворительные концерты, помог раскрыться талантам Грига и Вагнера. Вся его жизнь была посвящена служению людям, искусству и Богу. знак информационной продукции 16+

Мария Кирилловна Залесская

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Свободное движение и пластический танец в России
Свободное движение и пластический танец в России

Эта книга – о культуре движения в России от Серебряного века до середины 1930-х годов, о свободном танце – традиции, заложенной Айседорой Дункан и оказавшей влияние не только на искусство танца в ХХ веке, но и на отношение к телу, одежде, движению. В первой части, «Воля к танцу», рассказывается о «дионисийской пляске» и «экстазе» как утопии Серебряного века, о танцевальных студиях 1910–1920-х годов, о научных исследованиях движения, «танцах машин» и биомеханике. Во второй части, «Выбор пути», на конкретном историческом материале исследуются вопросы об отношении движения к музыке, о танце как искусстве «абстрактном», о роли его в эмансипации и «раскрепощении тела» и, наконец, об эстетических и философских принципах свободного танца. Уникальность книги состоит в том, что в ней танец рассмотрен не только в искусствоведческом и культурологическом, но и в историко-научном контексте. Основываясь как на опубликованных, так и на архивных источниках, автор обнажает связь художественных и научных исканий эпохи, которая до сих пор не попадала в поле зрения исследователей.

Ирина Вадимовна Сироткина , Ирина Евгеньевна Сироткина

Публицистика / Музыка / Документальное
«Зимний путь» Шуберта: анатомия одержимости
«Зимний путь» Шуберта: анатомия одержимости

«Зимний путь» – это двадцать четыре песни для голоса и фортепьяно, сочинённые Францем Шубертом в конце его недолгой жизни. Цикл этот, бесспорно, великое произведение, которое вправе занять место в общечеловеческом наследии рядом с поэзией Шекспира и Данте, живописью Ван Гога и Пабло Пикассо, романами сестёр Бронте и Марселя Пруста. Он исполняется и производит сильное впечатление в концертных залах по всему миру, как бы далека ни была родная культура слушателей от венской музыкальной среды 1820-х годов. Автор книги Иэн Бостридж – известный британский тенор, исполняющий этот цикл, рассказывает о своих собственных странствованиях по «Зимнему пути». Его легкие, изящные, воздушные зарисовки помогут прояснить и углубить наши впечатления от музыки, обогатить восприятие тех, кто уже знаком с этим произведением, и заинтересовать тех, кто не слышал его или даже о нем.

Иэн Бостридж

Музыка