100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2

«Свидание в Самарре» — первый опыт Джона О'Хары после публикации имевших успех новелл. В нем воссоздается три дня из жизни членов загородного клуба в вымышленном городке Гиббсвилле (штат Пенсильвания) во времена «сухого закона». Персонажи, движимые жаждой денег, высокого общественного положения и секса, постоянно озабочены тем, какие клубы, частные школы, колледжи и другие сообщества обеспечат их высоким общественным положением.

В основной линии сюжета повествуется о социальном и моральном разложении Джулиана Инглиша, сына состоятельной женщины и уважаемого врача, возглавляющего госпиталь Гиббсвилла. С детства богатый, любимец женщин Джулиан женится на Кэролайн Уолкер, которая становится идеальной супругой, однако отношения их чрезвычайно натянуты из-за пьянства и измен Джулиана. Внешне удачливый глава представительства фирмы, торгующей «кадиллаками», Джулиан неудачно распорядился капиталом и вынужден одолжить 20 тысяч долларов у недавно разбогатевшего члена загородного клуба богача Гарри Райли. Джулиан, обиженный долгом, однажды вечером, напившись, выплескивает выпивку в лицо Гарри и подбивает ему глаз кубиком льда. На следующий день он пытается извиниться, но получает от ворот поворот. Тогда Джулиан напивается еще сильнее и кончает с собой, задохнувшись выхлопными газами в машине. Оставшиеся в живых в недоумении пытаются понять, в чем Джулиан был несчастнее их.

Хотя в книге и не встречается четко прописанных сексуальных сцен, по всему роману рассыпаны эротические описания, а также оскорбительные этнические комментарии. Герой подшучивает над своей женой, рассказывая, что прочел в газете, будто пуританин Мервин Шворц получил «пулю в лоб в борделе вчера вечером». (Здесь и далее — пер. Н. Емельянниковой). Затем он дразнит ее, говоря, что собирается взять их сына шести с половиной лет и «отвести… в публичный дом нынче вечером», и хвастается: «Когда мне было столько, сколько Те/уди, я уже переспал с четырьмя девочками». Когда девушка отвергает сексуальные ухаживания Джулиана, ему хочется назвать ее «сукой». На протяжении всего романа герои постоянно поглощают спиртное и частенько напиваются. Городские бандиты итальянского происхождения были исключены из начальной школы, но зато имеют за плечами множество арестов.

Антисемитизм звучит в романе еще более отчетливо. Героиня просыпается утром на Рождество с пренебрежительными мыслями о своей соседке миссис Бромберг, чувствует себя виноватой, но тут же находит себе оправдание: «Евреи Рождества не справляют и только еще больше зарабатывают в этот день на христианах, поэтому незачем думать о них на Рождество иначе, чем в течение всего года». Она решила, что из-за Бромбергов «цены на недвижимость возросли», и выражает беспокойство, что в их район переедут и другие евреи: «Очень скоро рядом с ними будет жить целая колония евреев, и дети Флиглеров, как и дети из других порядочных семей, заговорят с еврейским акцентом». На слушании дела доктор Московиц признает смерть Джулиана самоубийством, спровоцированным кризисом. Отец Джулиана считает вердикт местью за то, что он не пригласил Московица на обед окружного медицинского общества, и думает: «Пусть Московиц расквитается с ним. Потом у доктора Инглиша будет что порассказать про помощников следователя. Московиц от него не уйдет».

ЦЕНЗУРНАЯ ИСТОРИЯ

Публикация «Свидания в Самарре» вызвала волну критики со стороны тех, кто увидел в книге «крайнюю пошлость… невыносимую вульгарность, которая расползается по многим нашим якобы передовым романам и против которой мы должны протестовать». Несмотря на единичные и слабые попытки Общества неусыпной бдительности надавить на бостонских книготорговцев, чтобы те прекратили продажу романа с непристойными сценами и языком, «Свидание в Самарре» почти семь лет продавалось открыто, не привлекая скандального внимания.

В 1941 году роман запретили пересылать по почте из-за «неприличного языка» после того, как юрисконсульт Почтового департамента США просмотрел текст романа. Затем он известил издателя О'Хары о запрете, импульсом к которому послужила жалоба нью-йоркского «Общества за искоренение порока». Члены общества заявили, что книга «носит оскорбительный характер» из-за содержащихся в ней упоминаний о сексе и оскорблений различных этнических групп. Почтовый департамент не разрешил пересылать книгу по почте, и издателя уведомили, что пересылаемые экземпляры будут изыматься. Роман находился в списке запрещенных книг Почтового департамента США до середины 1950-х годов.

Он привлек внимание католической «Национальной организации за порядочную литературу» (НОПЛ), которая отсеивала «сомнительную» литературу и оберегала своих членов от чтения «грязных» и «непристойных» романов. В 1953 году НОПЛ сочла роман «предосудительным» и занесла его вместе с «Северная Фредерик, 10» О'Хары в свой «черный список».