1000 лет после смерти

А у нас, у светлых сущностей, нет в душе чёрных энергий и злых эмоций. Поэтому мы сражаемся без ненависти. Мы, солярисы, дорогой Павел, рождены для битвы. Наша природа защищать добро и любовь. Мы уже тысячи лет сражаемся с тьмой. Наша битва с нагами, командирами тьмы, длится тысячи лет. Поэтому, когда мы сражаемся на Матери всех миров, даже зная, что мы скоро погибнем, в нашей душе не появляется злости, страха и ненависти. Эти чёрные монстры не могут появиться у нас, в наших душах. Мы – воины света. Мы остаёмся спокойными, как поверхность тихого, спокойного горного озера. Мы бьёмся, сражаемся, но не становимся жестокими и злыми. В этом принципиальная разница между уровнем развития нашей цивилизации и вашей, дорогой ученик.

– Мы, солярисы, любим битвы, любим сражения, – продолжал Мастер.

– И когда звучит призыв о помощи – для нас это главный призыв. В этот момент мы становимся абсолютно бесстрашными бойцами. Каждый из нас готов бросить свою жизнь на алтарь справедливости, добра и света. Мы, не задумываясь, расстаемся со своей жизнью, потому что каждый солярис знает: если хочешь решительно победить, то ты должен расстаться с глупым желанием сохранить свою жизнь. Чтобы мобилизовать все свои силы: духовные, физические, энергетические, каждый солярис в момент перед битвой говорит себе: «Меня уже нет. Я мертв. Я не держусь за свою жизнь. Я служу истине, я служу добру». И заметь, дорогой Павел, с радостью бросается в битву.

Дело в том, дорогой Павел, что пока мы с тобой гуляли в лесу и разгадывали хитроумные ловушки нагов на Земле, тролли, орки и гоблины собрались в одну единую бесчисленную армию и напали на столицу эльфов. До их нападения столица эльфов была культурным и научным центром Матери всех миров. Их столица была всемирным собранием красоты, науки, гармонии и любви. Царство эльфов тысячи лет славилось своим искусством создавать самые красивые водопады, самые красивые висячие сады. Эльфам всегда удавалось выращивать самые красивые цветы на свете. Их цветы не только красивые, но они излучают удивительную музыку. Они излучают особую душевную энергию, рядом с этими цветами любая сущность становится ещё светлее. Если обычные цветы на Матери всех миров переливаются семьюстами разных цветов и оттенков, то эльфийские излучают бесконечное множество цветов. Эльфийский цветок постоянно меняет свой цвет, свое свечение. Эти удивительные цветы живут сотни лет, и каждую секунду своей жизни они светятся особо нежным трогательным светом, они одновременно излучают особый запах, особую энергию и особую музыку. Эти музыка, и запах, и цвет никогда не повторяются на протяжении всей их жизни. И когда ты смотришь на поляну таких цветов, ты испытываешь удивительное очищение души, спокойствие, ты проходишь великую школу красоты, гармонии и любви.

Об эльфийской столице я могу рассказывать бесконечно, восхищаться их умением создавать красивое, создавать прекрасное, но сейчас все это разрушается, все это растаптывается, все это уничтожается. Вонючие, грязные, холодные, мерзкие, чёрные орки и гоблины под руководством злых троллей не просто убивают эльфов, не просто уничтожают их столицу, они уничтожают вселенскую красоту, вселенскую гармонию. Они точно рассчитали, куда нужно нанести удар, потому что они знают: уничтожив Альмибиус, они убьют на нашей планете центр знаний и красоты. Они бьют в самое сердце Матери всех миров! Вот почему тайно они стянули тысячи-тысяч мерзких, тошнотворных воинов и одновременно нанесли удар.

Еще немного, дорогой друг, и мы будем уже на месте.

И действительно, постепенно наши гигантские драконы, стремительные птицы начали снижаться. И перед моим взором открылась ужасающая картина. Центр этой картины с высоты птичьего полёта выглядел, как тончайшее, изящнейшее произведение искусства, но вокруг этой красоты все было черно, горел огонь, горела земля, всё дымилось. Тысячи-тысяч мерзких, грязных, вонючих орков, троллей и гоблинов со всех сторон черными волнами стекались к светящемуся центру столицы. Яркая, светлая окружность, раскрашенная удивительными лучами сказочной красоты, была зажата в чёрном кольце, дымящемся, страшном кольце. И кольцо это сжималось. По периметру этого кольца везде шла битва. Снижаясь все ниже и ниже, я обратил внимание, что чёрное кольцо – это не просто выжженная, искалеченная земля, растоптанная, перерытая, это уже горы трупов чёрных мерзких сущностей.