1000+ маленьких привычек для гармоничных отношений

Я все это знаю, потому что мне рассказал Хосе. Мы с ним познакомились в школе двадцать лет назад и с тех пор стали лучшими друзьями. Откровенно говоря, именно из-за него я написал это стихотворение.

Второй взгляд

– Твоя сестра хорошенькая, – сказал я Хосе во время моего первого визита в его дом.

– Забудь об этом, – сказал он. – У Брианны каждый день появляются новые крутые парни, которые борются за ее любовь. Ты не смог бы удерживать ее внимание достаточно долго, чтобы получить хотя бы второй взгляд.

– Мог бы, если бы написал ей стихотворение, – ответил я.

– У нее все время есть парни, которые пишут ей романтическую чушь, – сказал он. – Она просто выбросит его вместе со всеми остальными неудачными попытками.

– Мое не выбросит, – настаивал я.

– Ты сошел с ума, – усмехнулся мой друг. – Давай попробуй. Заставь меня смеяться!

Я написал стихотворение в тот же вечер и отправил его анонимно на следующее утро.

«Я думал, что я особенный»

Стихотворение, которое я написал Брианне, не было подлинным, по крайней мере в моем сознании. Я написал его, потому что Хосе сомневался во мне. Конечно, я считал Брианну хорошенькой, но не хотел заводить с ней серьезных отношений. В то время я даже не знал ее. И, как оказалось, у нас с ней почти нет ничего общего.

Последнее настоящее любовное стихотворение, которое я написал, было посвящено девушке, с которой я познакомился за месяц до того, как встретил Брианну. Она была в университетской футбольной команде, и ее красота была поистине величественной. Я написал Саре стихотворение и в тот же день сунул его в ее шкафчик. Я признался, что хочу быть футбольным мячом и готов принять тот факт, что меня будут пинать, если это единственный способ привлечь ее внимание. Она догнала меня на следующее утро и сказала, что мне не нужно превращаться в футбольный мяч, чтобы привлечь ее внимание. Через несколько минут я пригласил ее на свидание.

Наше первое свидание прошло хорошо. Но на следующий день Сара поговорила с несколькими своими подругами из команды, с двумя из которых я ранее встречался. Она пришла в ужас, когда узнала, что я написал Джеки стихотворение о невинных поцелуях, обдуваемых ветром, а Кэрол – стихотворение о счастливом солнечном свете, который блестит на ее коже. Излишне говорить, что второго свидания в нашем будущем не произошло.

– Глупая я! Когда я прочитала стихотворение, которое ты мне написал, то действительно поверила, что ты говоришь искренне! Я думала, что я особенная! – закричала Сара.

– Я говорил… а ты и есть, – пробормотал я, когда она зашагала прочь.

Но Сара была права. Хотя я никогда не выражал желания быть футбольным мячом ни в одном из своих предыдущих стихотворений, в моих стихотворениях все равно проскальзывали аналогичные сравнения, которые несли тот же фундаментальный посыл кокетливой привязанности.

Я вовсе не пытался причинить ей боль. Я думал, что она великолепна. Мне показалось, что она держалась с удивительной грацией. Я хотел быть рядом с ней. Я хотел принадлежать ей. Она была самой совершенной девушкой во всем мире… И это чувство я испытывал уже сотни раз.

Никакие два слова не складывались в рифму

Примерно через шесть месяцев после встречи с Брианной я встретил Энджел. Вскоре после этого я понял, что она тронула меня так, как не трогали другие. Я не мог сознательно определить это, но знал, что наши отношения были особенными. Даже после того, как первоначальное возбуждение прошло, она продолжала очаровывать меня. Впервые в жизни я полностью присутствовал в моменте во время второй встречи.

Мы с Энджел вместе уже девятнадцать лет – и через многое прошли вместе, – так что я ценю ее все больше и больше с каждым днем. И все же, несмотря на мою любовь к ней, она никогда не получала любовных стихотворений.

Дело не в том, что я не пробовал. Однажды я попытался написать ей стихотворение о глубине и красоте ее карих глаз. Я запнулся на своих же словах. В другой раз я попытался написать ей стихотворение о том, как рано просыпаюсь по утрам, просто чтобы посмотреть, как она спит. И снова меня постигла неудача. И только в прошлом месяце я снова попытался написать ей стихотворение под названием «Рядом с ангелом». Но мне не удалось подобрать и двух слов, которые бы красиво рифмовались.

Девятнадцать лет, и ни одного любовного стихотворения не написано. Конечно, Энджел знает, что я люблю писать, поэтому она иногда сомневалась в моих мотивах, из-за которых ни одно романтическое произведение не оказалось адресовано ей.

Вчера вечером я обнаружил, что пытаюсь снова. Я попытался поэтически воссоздать историю нашей первой встречи. Я хотел сделать ее милой. Я хотел заставить Энджел улыбнуться. Мне хотелось заставить ее плакать слезами радости. Я хотел изобразить нашу историю в изысканной прозе. Ничего так и не пришло.

«Самое глубокое утверждение»

Прошлой ночью я заснул около полуночи, думая о своем затруднительном положении. Неужели я полностью потерял свою хватку? Кто-то наложил на меня злые чары? Или есть более глубокое, философское объяснение?

Zzzzzz…