Читаем 125 лет кинодраматургии. От братьев Люмьер до братьев Нолан полностью

В «Игре» нет ничего об информационном поле, виртуальной реальности, цифровых двойниках и т. п. Однако важное отличие, например, от классических фильмов «Афера» (реж. Джордж Рой Хилл, 1973) и «Козерог-1» (реж. Питер Хайамс, 1977) в том, что мы наблюдаем за конструированием реальности не со стороны, а изнутри, – ее конструируют для нас, и мы находимся внутри нее. «Игра» – один из первых фильмов, показывающих мир, в котором симулякры подменили собой реальность и жизнь превращается в иллюзию, вечное шоу, сон. За ним последовали фильмы «Хвост виляет собакой» («Плутовство») (реж. Барри Левинсон, 1997) по роману Ларри Бейнхарта «Американский герой» и «Шоу Трумана» (реж. Питер Уир, 1998), также иллюстрирующие постмодернистский метод: первый – на примере придуманной войны, второй – на примере доведенного до абсурда реалити-ТВ.

В значительно менее безобидной «Матрице» (реж. Лилли Вачовски, Лана Вачовски, 1999) уже весь мир становится симулякром симуляции, а человечество – заложником и рабом компьютеров, владельцев и создателей этого мира. Отметим, что живущий в Матрице Нео (Киану Ривз) хранит свои подпольные носители данных и деньги от нелегальных заработков в шкатулке, сделанной из… книги Бодрийяра «Симулякры и симуляция» – то есть в ее симулякре.

Современный вариант реализации той же темы – «Исчезнувшая» (реж. Дэвид Финчер, 2014). Фильм поставлен по одноименному роману Гиллиан Флинн. Интересно, что сценарий к фильму «Исчезнувшая» создала сама писательница, а ведь крайне редко бывает, когда сам автор литературного источника может написать действительно удачный сценарий к фильму. Как правило, писатели слишком дорожат своими текстами, в то время как задача сценариста, адаптирующего литературную основу, во многом заключается в том, чтобы отбросить оригинальный текст и создать киносценарий, по которому можно будет снять выразительный фильм.

В драматургической структуре фильма «Исчезнувшая» три событийных пласта.

● События, которые происходят с главным героем Ником (Бен Аффлек) в модальности реального времени. Инициирующее событие фильма заключается в том, что у него пропадает жена Эми (Розамунд Пайк). Полицейские обнаруживают в доме следы замытой крови и делают вывод о том, что, возможно, произошло убийство, следы которого кто-то пытался уничтожить. Изначально у нас нет оснований не доверять Нику, но постепенно полицейские находят все больше и больше косвенных улик его виновности. Кроме того, мы многое узнаем о жизни этой пары от их соседей и жителей этого городка – а главное, мы все больше узнаем о Нике из дневника его жены, который представляет собой отдельный событийный пласт. Наконец мы выясняем, что у Ника есть молодая любовница Энди (Эмили Ратаковски), понимаем его предполагаемый мотив и почти принимаем идею, что Ник – убийца своей жены.

● События, изложенные в дневнике Эми, предположительно представлены в модальности воспоминания – мы узнаем от Эми историю ее отношений и совместной жизни с Ником. Дневник рассказывает, как изменился Ник, как он стал хуже относиться к Эми, как ей пришлось купить на всякий случай пистолет. Следя за дневником в режиме параллельного действия вплоть до центрального переломного пункта, мы все больше и больше убеждаемся в том, что Ник убил свою жену, поскольку у нас нет оснований сомневаться, что дневниковые записи воспроизводят реальные воспоминания.

● В центральном переломном пункте мы начинаем просматривать с точки зрения Эми сцены, которые отображают то, что с ней в действительности происходило с момента ее исчезновения. Мы понимаем, что Эми на самом деле жива, что она все подстроила, в том числе написала дневник, зная, что его будут читать сыщики, и сбежала. Оказывается, все события первой половины фильмы, которые мы считали флешбэками, мы на самом деле видели в модальности воображения – все это неправда. Воспоминаниями – по отношению к реальному времени Ника – оказываются события, происходившие с Эми до ее исчезновения и происходящие с момента ее исчезновения. Параллельный монтаж реального и прошедшего времени продолжается вплоть до сцены, в которой окровавленная Эми после убийства своего любовника Дези (Нил Патрик Харрис) возвращается к Нику.


Цель главного героя здесь – оправдать себя и не дать жене сделать его жизнь такой, какой она хочет, по своему собственному сценарию. Несмотря на все свои усилия, Ник проигрывает – это фильм о поражении.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кристофер Нолан. Фильмы, загадки и чудеса культового режиссера
Кристофер Нолан. Фильмы, загадки и чудеса культового режиссера

«Кристофер Нолан: фильмы, загадки и чудеса культового режиссера» – это исследование феномена Кристофера Нолана, самого загадочного и коммерчески успешного режиссера современности, созданное при его участии. Опираясь на интервью, взятые за три года бесед, Том Шон, известный американский кинокритик и профессор Нью-Йоркского университета, приоткрывает завесу тайны, окутавшей жизнь и творчество Нолана, который «долгое время совершенствовал искусство говорить о своих фильмах, при этом ничего не рассказывая о себе».В разговоре с Шоном, режиссер размышляет об эволюции своих кинокартин, а также говорит о музыке, архитектуре, художниках и писателях, повлиявших на его творческое видение и послужившими вдохновением для его работ. Откровения Нолана сопровождаются неизданными фотографиями, набросками сцен и раскадровками из личного архива режиссера. Том Шон органично вплетает диалог в повествование о днях, проведенных режиссером в школе-интернате в Англии, первых шагах в карьере и последовавшем за этим успехе. Эта книга – одновременно личный взгляд кинокритика на одного из самых известных творцов современного кинематографа и соавторское исследование творческого пути Кристофера Нолана.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Том Шон

Биографии и Мемуары / Кино / Документальное
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов

Большие социальные преобразования XX века в России и Европе неизменно вели к пересмотру устоявшихся гендерных конвенций. Именно в эти периоды в культуре появлялись так называемые новые женщины — персонажи, в которых отражались ценности прогрессивной части общества и надежды на еще большую женскую эмансипацию. Светлана Смагина в своей книге выдвигает концепцию, что общественные изменения репрезентируются в кино именно через таких персонажей, и подробно анализирует образы новых женщин в национальном кинематографе скандинавских стран, Германии, Франции и России.Автор демонстрирует, как со временем героини, ранее не вписывавшиеся в патриархальную систему координат и занимавшие маргинальное место в обществе, становятся рупорами революционных идей и новых феминистских ценностей. В центре внимания исследовательницы — три исторических периода, принципиально изменивших развитие не только России в ХX веке, но и западных стран: начавшиеся в 1917 году революционные преобразования (включая своего рода подготовительный дореволюционный период), изменение общественной формации после 1991 года в России, а также период молодежных волнений 1960‐х годов в Европе.Светлана Смагина — доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Аналитического отдела Научно-исследовательского центра кинообразования и экранных искусств ВГИК.

Светлана Александровна Смагина

Кино