125 лет кинодраматургии. От братьев Люмьер до братьев Нолан

Начнем с того, что Штрогейм давно мечтал экранизировать роман «Мактиг». Его режиссерская деятельность началась на Universal Studios, где он поставил успешные картины «Слепые мужья» (1919), «Дьявольская отмычка (1920, фильм утрачен) и «Глупые жены» (1921), но затем был уволен продюсером Ирвингом Тальбергом и пошел работать в Goldwyn Pictures, где ему предложили проекты экранизаций романа-бестселлера Лью Уоллеса «Бен-Гур: история Христа» и «королевы оперетт» «Веселая вдова» Франца Легара. От этих гарантированно суперуспешных проектов Штрогейм отказался и предложил студии проект экранизации романа Фрэнка Норриса. В роли Мактига он видел только Гибсона Гоуленда, поскольку считал, что Гоуленд сможет сыграть Мактига наиболее реалистично. «Реализм» здесь – ключевое слово, поскольку то, что планировал Штрогейм, должно было стать исключительно детальной и реалистичной адаптацией литературной основы. Спустя примерно 20 лет он писал:

«Алчность» был для той эпохи, а может, и для сегодняшнего дня единственным фильмом, снятым без декораций и вне студии. Я арендовал старый, необитаемый дом на Гоуэр-стрит в Сан-Франциско, меблировал его точно по описанию романиста и провел съемки при свете всего нескольких ламп и дневном свете, проникавшем в окна. Конечно, такая работа пришлась не по вкусу моему оператору, но я настоял на своем, и результат оказался превосходным. Чтобы актеры лучше вжились в роли своих героев, я поселил их в тех же комнатах, что, к слову, позволило продюсеру сэкономить на гостинице[32].

Считая роман Норриса безусловным шедевром, Штрогейм планировал экранизировать его полностью – со всеми его сюжетными линиями, без изъятия. Более того, он несколько расширил исходное произведение – в романе Норриса действие начинается в тот период жизни Мактига, когда он уже имеет врачебную практику, непосредственно перед знакомством с Триной. Штрогейм даже придумал Мактигу имя Джон – в романе к нему обращаются либо «Мактиг», либо «Мак».

Первоначальный вариант фильма продолжался ориентировочно 11,5–12 часов! Долгий реалистичный пролог, в основном вырезанный из режиссерской версии фильма, рассказывает подробности жизни семьи Мактигов в шахтерском поселке – вечно пьяный отец Джона проводит время с проститутками, мать не может допроситься у него денег…

«Переехав» вместе с Мактигом в Сан-Франциско, мы (в режиссерской версии фильма) знакомимся с тайно влюбленными друг в друга пожилыми Чарльзом У. Грэннисом и Анастейшей Бейкер, а также с молодой мексиканкой Марией (от этой роли в студийной версии фильма остались сущие крохи) и старьевщиком Зерковым, которые вечерами согреваются выпивкой и мечтами о древнем золоте индейцев Центральной Америки – о нем Мария рассказывает Зеркову. Роль Зеркова сыграл Чезаре Гравина – итальянский дирижер, актер и владелец ряда театров в Латинской Америке. Его роль была полностью вырезана из картины.

Также мы становимся свидетелями того, как Мактиг, мечтая о покупке пары канареек, наконец покупает лишь одну птицу – он все еще одинок и по-прежнему беден. Канарейка, разумеется, подкрашена в желтый цвет. Наконец, мы видим жизнь Трины до знакомства с Мактигом и случай на качелях, когда она по вине Маркуса теряет зуб, что и приводит ее к знакомству с Мактигом.

В режиссерской версии фильма мы видим развитие и завершение второстепенных сюжетов с парами Мария – Зерков и Грэннис – Бейкер. В сюжетной линии Марии и Зеркова события развиваются угрожающе, предвосхищая судьбу Мактигов: Зерков продолжает добиваться от Марии информации о древних сокровищах, у Марии рождается младенец, который спустя две недели умирает. Наконец, Марию находят мертвой – очевидно, Зерков убил ее в припадке своего обычного безумства, а его собственный труп вскоре вылавливают из залива.

Тем временем симпатичные старички Грэннис и Бейкер признаются друг другу в любви, Грэннис продает свой станок для переплета книг и выручает ровно $5000 – такую же сумму, из-за какой сначала стали врагами Мактиги и Маркус, а затем начали терять человеческий облик Мактиг и Трина. Грэннис и Бейкер женятся и чувствуют себя, как в райском саду, пока в тоненькой стенке между их комнатами плотник проделывает дверь.

События, которые происходят параллельно линии Мактига и Трины, придают истории дополнительное измерение. Есть путь разрушения, есть путь созидания – какой из этих двух путей выберут Мактиги? Они переселяются в опустевшую лачугу Зеркова.