125 лет кинодраматургии. От братьев Люмьер до братьев Нолан

Если из режиссерской версии фильма были вырезаны целые сюжетные линии, то стоит ли удивляться тому, что из основной истории пропали целые крупные эпизоды? Например, расставшись с Триной, Мактиг пошел на работу в музыкальный магазин и, к несчастью, обнаружил там свою любимую гармонику, проданную Триной. Это событие стало дополнительным мотиватором убить ее.

А перед бегством в Долину Смерти у Мактига был еще один шанс начать новую жизнь – он встретил старателя по фамилии Криббенс. На окраине Долины Смерти они нашли золотую жилу, но на Мактига уже была объявлена охота, и, прихватив ружье Криббенса, он бежал.

Но больше всего жаль впечатляющей сцены, в которой, вернувшись после свидания с Мактигом, Трина расчесывает перед сном свои длинные волосы, а затем лежит в постели, полностью опутанная волосами, – она запуталась.

История превращения эпического творения Штрогейма в фильм стандартной продолжительности достойна отдельного рассказа.

Как мы уже говорили, первоначальный вариант фильма продолжался ориентировочно 11,5–12 часов. Разумеется, он был предназначен для внутреннего пользования на студии. Исходный вариант картины Штрогейм сократил до первого чернового варианта, который продолжался примерно 10,5 часа. Определенные кадры Штрогейм окрасил в желтый цвет – цвет золота, металла алчности. Разумеется, и этот вариант фильма не предназначался для широкой демонстрации, его увидели лишь немногие – в январе 1924 года картину показали нескольким экспертам, среди которых были американский журналист Гарри Карр, знаменитый режиссер «Четырех всадников Апокалипсиса» (1921) Рекс Ингрэм и писатель Идуэл Джонс. После просмотра Карр, Ингрэм и Джонс сошлись на том, что они только что увидели величайший фильм, который вряд ли когда-либо будет превзойден. В книге Ричарда Козарского «Человек, которого вы любили ненавидеть: Эрих фон Штрогейм и Голливуд» приведена цитата Карра:

…На днях я видел великолепную картину, которую больше никто не увидит. Не могу себе представить, что с ней сделают. Она как «Отверженные». Идут сцены, которые, как вам кажется, не окажут никакого влияния на историю, но 12 или 14 частей[33] спустя они обрушиваются на вас. Это величайшая картина, которую я когда-либо видел, она исполнена строгого, ужасного реализма и поразительного артистизма. Но я не знаю, чем она станет, когда ее сократят до 8 частей[34][35].

Под руководством сценаристки «Четырех всадников Апокалипсиса» Джун Мэтис был создан альтернативный 3,5-часовой вариант фильма, но Штрогейму дали возможность продолжить работу над режиссерской версией картины, и в марте 1924 года он представил студии шестичасовую версию, которую предлагал прокатывать двумя трехчасовыми сеансами и из которой уже не мог сам выбросить ни кадра. Поскольку продюсеры студии Goldwyn Pictures требовали дальнейшего сокращения, Штрогейм отправил фильм Рексу Ингрэму, а тот передал его монтажеру Гранту Уайтоку, с которым Штрогейм работал над картиной «Дьявольская отмычка». Уайтоку удалось ценой одной из двух крупных второстепенных сюжетных линий сократить фильм примерно до 4,5 часа, и Ингрэм сообщил Штрогейму, что дальнейшему сокращению фильм не подлежит.

Но в апреле 1924 года компания Goldwyn Pictures влилась в состав суперстудии Metro-Goldwyn-Mayer. По иронии судьбы координацию работ над «Алчностью» возглавил давний «друг» Штрогейма Ирвинг Тальберг. Руководство окончательным монтажом «Алчности» поручили Джун Мэтис, а та доверила работу сценаристу и монтажеру Джозефу Фарнему.

Фарнем сократил фильм до 2 часов 20 минут. Из картины, как мы уже знаем, были удалены все второстепенные сюжетные линии, а «дырки», образовавшиеся в повествовании, Фарнем заклеивал титрами собственного сочинения вроде печально известных по окончательному монтажу фильма надписей «Таков был Мактиг» (после пролога с подбитой птицей) и «Пойдем, посидим на канализации?», вызывавших смех у аудитории.