1421 - год, когда Китай открыл мир

Карта Кантино неожиданно обрывается у места впадения в океан реки Саванна — в районе Пойнт-Тайби (Point Tybee) Это говорит о том, что в этой точке корабли китайцев снопа подхватило течение и повлекло от побережья в открытое море в северо-восточном направлении. Именно так и должен был поступить с парусными кораблями Гольфстрим, который в этих краях набирает большую силу. Это не говоря уже о ветрах, которые здесь также очень сильны и устойчиво дуют в том же направлении. И течение, и движение воздушных масс должны были пригнать корабли китайцев к мысу Хаттерас (Cape Hatteras), что в Северной Каролине. У мыса Хаттерас Гольфстрим разделяется на два рукава, причем один из них, северо-восточный, увлекает корабли в сторону Азорских островов, которые изображены на корейской копии китайской карты «Кангнидо», вычерченной задолго до появления в тех краях португальцев. По этой причине я не сомневаюсь, что китайцы должны были добраться и до Азорских островов Западный же рукав Гольфстрима сначала движется строго на север, а потом медленно поворачивает на северо-восток и. минуя Филадельфию, добирается до Лонг-Айленда, Род-Айленда и Кейп-Кода, что лежат на 40°северной широты.

Путешествие Чжоу Вэня вдоль восточного побережья Флориды, на север.

Прибрежная полоса в этих краях буквально нашпигована обломками погибших кораблей, чьих названий никто не знает. Многие из этих обломков, вне всякого сомнения, принадлежат древности. Для меня эти куски дерева имеют особую ценность, поскольку обнаружены на северной широте 39°53′, то есть, на широте Пекина. Если попытаться восстановить курс, который выдерживал флот адмирала Чжоу Вэня, то он, двигаясь с течением и ветрами к широте Пекина, обязательно должен был выйти на нее где-то у побережья современного штата Нью-Джерси. Я сам ходил на своей подлодке в тех широтах и знаю, что любое парусное судно из-за превалирующих в тех краях ветров и течений обязательно пригнало бы к Кейп-Коду Я начал поиски материальных памятников прошлого с земель вокруг залива Наррагансетт (Narragansett Вау), потом переключился на залив Баззардс (Buzzards Вау) и закончил полуостровом Кейп-Код (Cape Code). Заходя в местный музей или библиотеку, я первым делом спрашивал: «Есть ли у вас какая-нибудь информация о посетивших эти края первых европейцах?»

Как выяснилось, первым европейцем, посетившим эти края, был венецианец Джиованни ди Вераццано (Giovanni de Verazzano; 1480–1527 гг.). Он прибыл в Северную Америку в 1524 г., то есть через 22 года после того, как увидела свет карта Кантино. Хотя родом он был из Венеции, но работал на французское правительство. Блистательный Франциск I, король Франции, специально послал его в эти дикие земли в надежде, что мудрый венецианец сможет разрешить важнейшую для Франции задачу — найти морской путь через Тихий океан к Островам пряностей, или, как тогда говорили в Париже, к «щедрым берегам страны Катай»[227]. Интересно, что прибытие Вераццано в Северную Америку странным образом совпало по времени с кругосветным путешествием Магеллана и многочисленными морскими походами португальцев вокруг мыса Доброй Надежды в Африке. Похоже, Франция, Испания и Португалия вступили тогда между собой в нешуточное соревнование, желая обнаружить кратчайший и наиболее безопасный морской путь к островам Тернате и Тидоре. Впрочем, государей этих стран можно было понять: так называемый Великий шелковый путь, пролегавший по необъятным просторам Малой и Средней Азии, был закрыт для европейцев турками-сельджуками.

В 1524 г. Вераццано на нескольких кораблях отошел от берегов Виргинии, двинулся в северном направлении и достиг побережья Новой Шотландии, описывая попутно все земли и людей, которых ему доводилось увидеть, когда он приставал к берегу Находясь на 41°2′ северной широты, он вошел в большой залив, соединявшийся с заливом Наррагансетт, что у Род-Айленда. Там он бросил якорь и простоял 15 дней, исследуя побережье и общаясь с местным населением. Вот что он написал о людях, населявших эти места: