Читаем 1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ) полностью

Знакомая транспортная стоянка, под плитой зеленого бетона спрятан самосвал. Сегодня рядом, на том месте, где Петр крыс по лоткам раскладывал, стоит, на коротких ножках-опорах, как киношная "летающая тарелка", самый настоящий блин. Без кавычек. Плоский, рыже-коричневый и ноздреватый. Та же, плоская, шестигранная летающая платформа… Но, не в пример солиднее. Корпус – не просто пленка, на растяжках. Обтекаемый. Куча навесных элементов, антенны, трубы по бокам (движки или вооружение?), в центре – два утопленных заподлицо продолговатых контейнера. Анка, не сбавляя шага, взмахивает левой рукой. Крышки откидываются. Эк! Почти как саркофаги, для египетских фараонов. Кожаные гнезда-выемки по форме тела. Но, ни пультов управления, ни иллюминаторов, ни сидений… По центру блина открылась дыра поменьше. Багажник? Как туда будем забираться-то? Прыгать? Не люблю прыгать! Фигу, подтянулся и влез. Да…


Сетка, затянувшая тоннели воздушных винтов, туго пружинит под ногами. Словно по гамаку идешь. Хорошо, что ячейки мелкие, сантиметра по два. Ногой не провалишься и руку не просунешь. Разве палец. Но ощущения! Не серьезно, даже на ощупь. Толщина сооружения – меньше метра. Сверху просматривается насквозь, и вбок тоже. Внутренние перегородки между, соседними колодцами винтов, такие же прозрачные пленочки. А я, было, обрадовался внешней солидности. На бортики не особенно наступишь – густо усеяны рыжими пластиковыми блямбами, с металлическими рожками сложной формы. Половинками игрушечных мин… И на свободных участках сетки висят такие блямбы. Кстати, на памятной Осе" они же были… Дрянь! Споткнуться можно. Упал и напоролся… Даже рукой оперся – больно. Рожки острые и крученные. Зачем?


– Осторожно! Разрядники фазированного генератора ударной волны. – Анка снова читает мои мысли, – А пулевые стрелковые узлы – на гранях. Тоже робот, в грузопассажирском варианте. Летучий автомобиль…

– Потому вы надеетесь, что я им за пять минут управлять научусь? – ага, а на курсах пилотов – ни дня.

– Мы знаем, что научишься… Давай! – выхватывает из руки укладку с заразой. Почти не глядя сует в центральный отсек (совсем мелкий, вроде бардачка у легковушки). Защелкивает крепление, – Ложись сюда!

– Если хилый – сразу в гроб… – не договорил, толчок в челюсть (не слабый) и – глухой намордник на физиономию, – Ты куда лезешь?! Обалдела? – сверхнаглость, однако. Распустила молнию на промежности комбинезона и сует самое дорогое в непонятную на ощупь скользкую фигню, – Ой-ой, что за дела? – из-под маски сам себя еле разбираю. Гундосое бубуканье, – Зачем? – в одном ухе и так телефон, а другое прижато.

– Надо, Дима, надо! Нам долго лететь и сесть негде – трамбует мои причиндалы в мягкое и холодное. Ну, спасибо хоть не катетер вставила. Зато вспомнил – это же "друг водолаза". Встроенный санузел, для скафандров. И сзади тоже. Упаковали! – Нигде не жмет? – мотаю головой. – Теперь раздвинь руки! Вот так, обхвати. – Щелчок, тихо. Сверху меня прижимает и мягко фиксирует. Не шевельнуться. Темнота! Крышка, кстати, без окошек. Не навязчивый сервис, "по коммунистически"… Свобода, блин, свобода, блин, свобода. Упаковали… А что? Воздух в маске – чистый, разрешается какать и писать. Почувствуйте себя мумией!

– А-а-а-а! – обшивка, вдобавок, надувная. Давлением зафиксировало окончательно. Ни шевельнуться.

– Дима! Дима! – Тьфу, это в наушнике, внутренняя связь заработала, значит, – Подтверди, что меня слышишь! Пальцами там постучи, или ручкой подергай, – ну, стукаю, стукаю, а словами можно?

– А словами можно? – во, получилось! По внутренней трансляции, и голос звучит нормально, и маска говорить не мешает, – Как слышно?

– Первый – Второму, слышу вас хорошо. Подтвердите готовность к вылету! – опять казенным голосом космического робота. Как первый раз, в душевой кабине. Господи, всего вчера… Издевается! Подыграть?

– Второй – Первому, готовность подтверждаю, – стоп, не сразу, – А как отсюда вылезать, если что?

– Первый – Второму, попробуй догадаться. Подсказка. Все команды управления у нас унифицированы.

– Сейчас попробую, – как там, когда грузовик в подземный бункер загонял? Стучу морзянкой, – "РАС" и "три тире – три точки" – во, ура! Придавившая меня сверху обшивка зашипела и опала. Щелк… Нету надо мной крышки. По ощущениям – откинулась. Сажусь. Двумя свободными руками (кайф, если кто понимает) сдираю с лица маску. Ага. Снаружи на ней, вместо окошек, блямбы с проводами, шланги. А внутри стекла. Экраны, получается. Как в авиа симуляторе, стереоскопические очки-консервы. Гы-гы… Я – "консервант"?

– А теперь запакуйся сам, – сидит в соседнем гнезде и разглядывает меня, как ожившего Тутанхамона, – Не лезь туда, я всё хорошо закрепила! – это она про "друга водолаза". Будем надеяться… Ладно, пробую. Маску на физиономию. Откинуться в ложемент (вспомнил слово). Пальцами правой по твердому – "КОН" и "три тире – три точки". Хлоп, бух, пш-ш-ш! Прижало, как раньше. На душе легче. Но, темнота раздражает…

– Второй – Первому, ничего не видно! Багажом полечу?

– Первый – Второму. А теперь?

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых чудес света
100 знаменитых чудес света

Еще во времена античности появилось описание семи древних сооружений: египетских пирамид; «висячих садов» Семирамиды; храма Артемиды в Эфесе; статуи Зевса Олимпийского; Мавзолея в Галикарнасе; Колосса на острове Родос и маяка на острове Форос, — которые и были названы чудесами света. Время шло, менялись взгляды и вкусы людей, и уже другие сооружения причислялись к чудесам света: «падающая башня» в Пизе, Кельнский собор и многие другие. Даже в ХIХ, ХХ и ХХI веке список продолжал расширяться: теперь чудесами света называют Суэцкий и Панамский каналы, Эйфелеву башню, здание Сиднейской оперы и туннель под Ла-Маншем. О 100 самых знаменитых чудесах света мы и расскажем читателю.

Анна Эдуардовна Ермановская

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе?
«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе?

«Всё было не так» – эта пометка А.И. Покрышкина на полях официозного издания «Советские Военно-воздушные силы в Великой Отечественной войне» стала приговором коммунистической пропаганде, которая почти полвека твердила о «превосходстве» краснозвездной авиации, «сбросившей гитлеровских стервятников с неба» и завоевавшей полное господство в воздухе.Эта сенсационная книга, основанная не на агитках, а на достоверных источниках – боевой документации, подлинных материалах учета потерь, неподцензурных воспоминаниях фронтовиков, – не оставляет от сталинских мифов камня на камне. Проанализировав боевую работу советской и немецкой авиации (истребителей, пикировщиков, штурмовиков, бомбардировщиков), сравнив оперативное искусство и тактику, уровень квалификации командования и личного состава, а также ТТХ боевых самолетов СССР и Третьего Рейха, автор приходит к неутешительным, шокирующим выводам и отвечает на самые острые и горькие вопросы: почему наша авиация действовала гораздо менее эффективно, чем немецкая? По чьей вине «сталинские соколы» зачастую выглядели чуть ли не «мальчиками для битья»? Почему, имея подавляющее численное превосходство над Люфтваффе, советские ВВС добились куда мeньших успехов и понесли несравненно бoльшие потери?

Андрей Анатольевич Смирнов , Андрей Смирнов

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
1941. Победный парад Гитлера
1941. Победный парад Гитлера

В августе 1941 года Гитлер вместе с Муссолини прилетел на Восточный фронт, чтобы лично принять победный парад Вермахта и его итальянских союзников – настолько высоко фюрер оценивал их успех на Украине, в районе Умани.У нас эта трагедия фактически предана забвению. Об этом разгроме молчали его главные виновники – Жуков, Буденный, Василевский, Баграмян. Это побоище стало прологом Киевской катастрофы. Сокрушительное поражение Красной Армии под Уманью (июль-август 1941 г.) и гибель в Уманском «котле» трех наших армий (более 30 дивизий) не имеют оправданий – в отличие от катастрофы Западного фронта, этот разгром невозможно объяснить ни внезапностью вражеского удара, ни превосходством противника в силах. После войны всю вину за Уманскую трагедию попытались переложить на командующего 12-й армией генерала Понеделина, который был осужден и расстрелян (в 1950 году, через пять лет после возвращения из плена!) по обвинению в паникерстве, трусости и нарушении присяги.Новая книга ведущего военного историка впервые анализирует Уманскую катастрофу на современном уровне, с привлечением архивных источников – как советских, так и немецких, – не замалчивая ни страшные подробности трагедии, ни имена ее главных виновников. Это – долг памяти всех бойцов и командиров Красной Армии, павших смертью храбрых в Уманском «котле», но задержавших врага на несколько недель. Именно этих недель немцам потом не хватило под Москвой.

Валентин Александрович Рунов

Военная документалистика и аналитика / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное