1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ)

– Ага! Тогда пускаем эти самые "ноги" прыгать круглосуточно, по крышам и улицам города. По радио даем предупреждение, что, или в указанный срок Франция платит, или на месте Лютеции будет стеклянный каток. Одну боевую часть можно шарахнуть, на подходящем пустыре, для наглядности. Скорее всего, какая-нибудь "шайтан-нога" и так долбанет, когда из ружья попадут или сетью поймать попробуют. Ибо не фиг! Как беженцы из города, толпами, ломанутся, вся страна поймет – шутки кончились.

– А где ты найдешь в Париже пустырь, сам на этой скале безвылазно сидя?

– В сети, или на карте. Привязку к местности, по авиационным радиомаякам никто не отменял. Где оно бабахнет, если честно – там пустырь сам собой и образуется. Пустяки это… Главное – взрыв "чистый".

– Убедил! А дальше?

– Если выкуп получен – даем команду на обратный курс. По дороге выпускаем дейтерий в атмосферу. Больше нескольких дней криогенный сосуд холод не держит. Так или иначе, тащить его обратно – чревато. Если ваши галлы упираются – делаем с Парижем, что обещали. В назидание остальным. Слово-то дадено!

– А не жалко народ? Живые люди…

– Так ведь – это не моя затея, чисто игра ума… Я показал, что неразрешимых технических задач нет…

– Ты показал, что одиночка с Земли-2 может успешно противостоять целому государству с Земли-1.

– Ваши бы слова, да ФСБ в уши, а то чую, они доиграются! Опять придется трупы "КамАЗом" возить.

– Не дай бог! – вырвалось совершенно искренне, – Хватит с меня приключений! Или, это тока начало? Кстати… Про самодельные водородные бомбы, ты серьезно?

– Дядя Дима, нищим выбирать не приходится! Для простейшего взрыва "на выброс", при разработке месторождений открытым способом, нужны тысячи тонн обычной взрывчатки. Где их брать, чем возить? А так – бурим одну-две-три скважины, суем туда "изделия". Шарах! И породу можно транспортером подавать на переработку… От бедности можно ещё и не такое придумать, вы скоро привыкнете!

Глава 17. День второй. Вторая половина дня. Окрестности базы СССР. Район Великих озер. Земля-2.

В ухе пищит морзянка… "Дми-трий, у вас те-ле-фон-ный раз-го-вор с Зем-лей о-дин". Откуда? Я сам своего номера не знаю, а меня уже вызванивают… "Пред-ста-ви-тель Пре-зи-ден-та"… Черт, сподобился! Спиной почувствовал взгляд, даже волосы зашевелились… Оборачиваюсь. В дверях, руки в боки, застыла Анка. В глухом комбинезоне из черной кожи, или кожзама (тут не разберешь). Второй комбинезон держит в руках… Мальчики (это нам), вы тут в бомжей играете? Или дурака валяете? Оба грязные, как поросята… Дима, срочно мыться и переодеваться! Я тебе одежду принесла. Эту свою… там стиральная машина стоит… Брось и закрой. К ужину будет сухое и чистое… Быстрее, пожалуйста! У нас – новая вводная. Штамм чумы не русский, он американский, надо срочно забросить пробы в их лабораторию… Да шевелитесь же! Время!

Ну, мойка тут – дело быстрое. Пока полоскался – Анка переложила в карманы комбинезона все моё немудрящее барахлишко. Даже злосчастный бывший "Наган" всадила в специальную петлю, подмышкой. В коридоре, уже при выходе, наткнулись на Василия Ивановича. С кейсом…

– Дмитрий! Вам с Аней надо в Соединенные Штаты смотаться. По быстрому. Я не могу, Петр занят… И, – запинка, – С этим типом надо пообщаться… последний раз. Поможешь? Прямо сейчас? Аня, связь есть?

– На той стороне канал поймаем, пока будем лететь – поговорим. Нечего технику зря гонять…

– Хоть о чем разговор?

– Он тебя к себе приглашает. Тебя видели в приемной. Если я не еду – наступил на горло собственному гонору. Скажи ему правду, что в Америку спешишь, по делу срочно. Отложите встречу на завтра. Сумеешь?

– Да кто я ему?

– А кто он тебе? А кто он нам? Разберетесь!

Шустрые они, не по-нашему. Раз-два, туда-сюда! Не успел оглянуться – уже увяз в местных делах, по самое "не балуйся". Оно мне надо? Э-э-э! Не ври себе. За последние два дня событий было больше, чем за последний год. Вспомни, ведь мечтал, когда-то, жить в полную силу? Стивенсоном и прочими зачитывался? Получи… Вернешься – мемуары напишешь. "Три дня в коммунизме". Бегал, прыгал и летал… аж язык, как красный галстук… на плечо упал… когда перестал по ветру болтаться. Кино и немцы. "Туда ехали – за ними гнались. Обратно едут – за ними гонятся. Какая у людей жизнь интересная!" Угум, обзавидуешься… Так, прекращай рефлексией страдать! Дед имеет сказать напутственное слово.

– Дмитрий, Анна! Посмотрите на себя внимательно! – о, тут и зеркало есть. Большое, в полный рост. Анка, как всегда – хорошенькая… и строгая. На знакомую, спортивного инструктора, похожа. Зато я сам…

– Дмитрий, у вас зачем такое выражение лица? – а что? Какое есть… Ой, блин! Из зазеркалья на меня затравленно косится битый жизнью лох, которого шутки ради сунули в летный комбинезон. Диссонанс, да…

– Дима, пожалуйста, не сутулься – расправь плечи… И ещё, подбородок приподними… – я ей артист?

– Смирна! – тьфу, повадились, как на плацу, под ухом орать. Точно, однажды, глухим сделают… или заикой. Но, тушка сама замерла в строевой стойке. Рефлексы не пропьешь! Старик опять меня просчитал…