1920. Война с белополяками. Поход Красной армии на Вислу

Рассматривая выполнение контрманевра поляков, тов. Меженинов[230] говорит, что выдвижение ударной группы (4-я и 3-я пол. армии) – «по 46 километров в день было движением лавины, плохо регулируемой и плохо управляемой, и если бы мы вовремя могли уклониться от удара, то имели бы возможность и на этот раз наказать противника». Но этой возможности фактически не могло быть, несмотря на то что состояние тылов польских маневрирующих частей было аналогично нашим, правда, с более короткой коммуникацией, а связь польского командования с наступающими войсками оставляла желать очень многого[231].

Наказать противника за эти упущения мы не могли потому, что Западный фронт был слишком слаб, чтобы, идя в генеральную атаку, иметь большие резервы, а помощь 12-й и 1-й конной армий запаздывала. Задумывая свой удар правым флангом, командзап проявил чрезвычайный оптимизм, рассчитывая на своевременную подтяжку этих армий. В связи с этим надо признать, что план командзапа был чрезвычайно рискован. Но надо сознаться, что при наличной численности армий Западного фронта и при наличии категорической задачи разбить противника трудно было бы составить решительный план без наличия риска.

Командующий Западным фронтом, делая основной вывод для нашей кампании 1920 года, пишет[232], «что ее проиграла не политика, а стратегия. Политика поставила Красной армии трудную, рискованную и смелую задачу, но разве может это означать неправильность. Не было ни одного великого дела, которое не было бы смелым и не было решительным».

В смысле смелости всех наших оперативных решений за период этого замечательного похода, мы действительно вполне оправдали мысль, высказанную фельдмаршалом Мольтке, «что без большого риска большие успехи на войне невозможны»[233].

Следует еще обратить внимание на то обстоятельство, что, ведя наступление, не изменяя группировки своих сил, которая в полной мере уже определилась для противника, мы потеряли идею внезапности для удара 4, 3 и 15-й армиями, но опять же, если бы таковой представился. Наконец, рассматривая соотношение группировок сил обеих сторон, следует признать, что основную группировку белополяков (5-я, 1-я и часть 2-й армии до 70 000 штыков и сабель) атакуют почти все силы Западного фронта (4, 15, 3 и 16-я армии) с фронта и во фланг.

Средняя ударная группа белополяков свыше 30 000 штыков и сабель атакуется почти одной Мозырской группой (около 4500 штыков).

Наконец, южная группа белополяков, самая слабая (6-я и 7-я Украинская армии) атакуется всеми силами Юго-Западного фронта. Оперативный смысл соотношения указанных группировок говорит сам за себя.

В заключение нам хотелось бы сказать, что сражение на Висле можно безусловно причислить к разряду самых поучительных операций. Значение маневра, значение сосредоточения к полю решающего сражения всех или подавляющей части наличных сил, необходимость рисковать второстепенным в пользу решающего – все это с заостренной ясностью вытекает из операции на Висле.

Мы потерпели тяжелое поражение. Но ничто не учит так настойчиво и основательно, как неудачи. Надо только внимательно изучить их и подготовиться к будущим битвам во всеоружии военного знания.

Глава XII

Обстановка на левом фланге Западного фронта после отхода его главных сил от Вислы. – Приведение в порядок армий Западного фронта. – Мероприятия по восстановлению железнодорожного транспорта на Западном фронте. – Ближайшие предположения командования. – Начало нового большого наступления польских армий. – Гродненская операция. – Фланговый марш 3-й армии в район Лиды. – Отход армий Западного фронта на линию старых русско-германских окопов. – Выводы. – События на фронте 15-й и 14-й армий в период Гродненской операции. – Пинская операция и ее результаты. – Общие выводы

Сражение на Висле закончилось арьергардными боями наших армий Западного фронта, которые постепенно затихали, и к 25 августа начала устанавливаться новая линия фронта, проходящая но линии м. Липск – Кузница – западнее Волковыска – Беловеж – восточнее Брест-Литовска и далее по Зап. Бугу и западнее г. Грубешов. Однако боевые действия не прекратились на всем Западном фронте одновременно.