1942 год. Работа над ошибками

Нужно было принимать немедленное решение, но начальник Генерального штаба сухопутных сил вермахта не мог это сделать без ведома Гитлера. А фюрер в это время находился за тысячу километров, в Южной Баварии – в Берхтесгадене, куда он отправился еще 14 ноября на отдых и лечение в сопровождении генерал-фельдмаршала Кейтеля и генерал-полковника Йодля. Когда ему передали туда по телефону первое донесение о начавшихся на Дону событиях, его реакция была на редкость спокойной: «Мы этого давно ожидали», – сказал он. Основания для такого вывода были – в оперативной сводке ОКХ за 19 ноября указывалось: «…несколько атак противника в полосе 3-й румынской армии отбиты. Противнику удалось вклиниться южнее устья р. Хопер. Организованы меры по исправлению положения».

Правда, несколько позже Гитлер все же дал свое согласие на передачу в распоряжение командующего группой армий «Б» 48-го танкового корпуса, который находился в резерве группы армий, и без личного согласия фюрера он не мог быть задействован.

Генерал Вейхс сразу же решил ввести этот корпус в сражение. Но при этом он допустил грубый просчет. Полагая, что советские войска наносят главный удар из района Клетской, он приказал командиру корпуса нанести контрудар из района Перелазовского в северо-восточном направлении. Но вскоре командующий группой армий понял, что советские войска наносят главный удар с плацдарма в районе города Серафимовичи, в 11 часов корпус получил новую задачу: развернувшись на 90°, нанести контрудар в северо-западном направлении, отсечь ударную группировку 5-й советской танковой армии, а затем разгромить ее основные силы. Такая резкая смена задачи привела к тому, что, совершая маневр, дивизии корпуса потеряли связь между собой и, действуя разрозненно, подверглись встречным ударам советских войск.

Вечером 19 ноября командующий группой армий «Б», не дожидаясь санкции Верховного командования, приказал 6-й армии немедленно прекратить все наступательные действия в Сталинграде и принять срочные меры по обеспечению своего левого фланга и тыла. Армии надлежало нанести контрудар в северо-западном направлении, во фланг прорвавшейся на Среднем Дону группировки советских войск, а 14-му танковому корпусу следовало, выдвинувшись к Дону, разгромить советские соединения в полосе 3-й румынской армии. Одновременно принимались меры к прикрытию переправы у Калача, через которую шло в основном снабжение войск.

20 ноября. Утром 20 ноября Цейтцлер доложил Гитлеру о прорыве русских в полосе 3-й румынской армии на глубину 20 километров. Но, по его мнению, давать точную оценку происходящему на Дону было пока преждевременно. В то время поступила информация об успешном отражении наступления русских в районе Клетской и о начавшихся контратаках немецких танковых соединений.

Но, по-видимому, Гитлер уже более трезво оценивал сложившуюся обстановку. Он принял решение создать на правом крыле группы армий «Б» новую группу армий «Дон» во главе с генерал-фельдмаршалом Э. Манштейном. Ему предписывалось объединить под своим командованием все войска на ставшем реально наиболее опасном направлении, во что бы то ни стало разгромить ударные группировки советских войск и восстановить положение.

В ночь на 20 ноября командующие армиями Юго-Западного фронта уточнили свои решения и поставили задачи войскам на следующий день. Чтобы сломить упорное сопротивление врага на правом фланге 5-й танковой армии, командарм генерал П.Л. Романенко решил ввести в сражение свой второй эшелон – 159-ю стрелковую дивизию. Действовавшая там же 14-я гвардейская стрелковая дивизия была усилена танковой бригадой, а также пятью артиллерийскими и минометными полками. 8-му кавалерийскому корпусу генерала М.Д. Борисова ставилась задача нанести одной дивизией удар на Горбатовский, то есть в тыл вражеской группировке, действовавшей перед правым флангом 5-й танковой армии, а главными силами к исходу дня выйти к реке Чир в районе станицы Чернышевской. Командующий 21-й армией поставил своей подвижной группе задачу к исходу 20 ноября выйти к реке Дон в районе Калача, с ходу форсировать ее и захватить плацдарм на левом берегу.

Тем временем главные события развернулись в полосе 26-го танкового корпуса. Умело маневрируя, его бригады наносили внезапные удары по флангам и тылам противника, громили его по частям. На рассвете 20 ноября 157-я танковая бригада вместе с приданным ей батальоном автоматчиков ворвалась в Перелазовский. Неприятель сопротивлялся до последнего. Об этом говорит тот факт, что бой за Перелазовский длился 8 часов. В итоге крупный вражеский гарнизон был разгромлен. Такая же участь постигла здесь и штаб 5-го румынского армейского корпуса. Остатки его во главе с командиром корпуса генералом Сонном спаслись бегством, бросив даже штабные документы.