1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб

В ходе переговоров Хрущев пробовал продвинуть идею заключения между НАТО и странами Восточного блока договора о ненападении. В письме Кеннеди от 27 июля он утверждал, что пакт о ненападении «станет не только важным шагом к нормализации всей мировой ситуации, но и обозначит начало грандиозного поворота в истории современных международных отношений». Президент был против, доказывая, что пакт о ненападении сам по себе не исключает возможность агрессии.

Кеннеди пришлось преодолеть очень серьезное сопротивление подписанию договора внутри страны, со стороны не только многих республиканцев. «Объединенный комитет начальников штабов, поняв, что президент Кеннеди действительно всерьез настроен заключить договор о запрещении ядерных испытаний с Советским Союзом, поднял бурю протестов, как и все ядерные лаборатории»[1671]

, – подтверждал Нитце. Идею всеобъемлющего запрещения ядерных испытаний они отвергли напрочь из-за якобы невозможности контроля за подземными взрывами, которые договор в итоге так и не охватил.

Хрущев, выступая 2 июля в Восточном Берлине, дал согласие на исключение подземных испытаний из будущего договора. ОКНШ крайне неохотно в итоге поддался на жесткое давление президента в пользу заключения договора о запрете испытаний в трех средах, но и то, выдвинув не менее жесткие условия, которые Кеннеди принял. США не будут участвовать в договоре, если или когда Советы обретут преимущество хотя бы в одном компоненте ядерного оружия или Москва будет проводить тайные испытания. Они также настояли на максимально облегченной процедуре выхода из договора[1672].

Хрущев надеялся, что подписывать договор приедет в Москву сам Кеннеди. Однако тот прислал вместо себя Раска с делегацией сенаторов.

Пятого августа 1963 года Громыко, Раск и министр иностранных дел Великобритании Дуглас Хьюм в Екатерининском (тогда – Свердловском) зале Кремля подписали соглашение об отказе от испытаний ядерного оружия в трех средах: в атмосфере, под водой и в космическом пространстве. Хрущев наблюдал за подписанием в компании Генерального секретаря ООН У Тана. Под договором не было подписи Франции: де Голль «отклонил то, что считал псевдоразоружением»[1673], предпочтя сохранить свободу рук.

Затем последовал грандиозный банкет в Георгиевском зале с речами и знаменитой гершвиновской «Love Walked In» в исполнении советского симфонического оркестра. После этого Хрущев пригласил Раска и сенаторов в Пицунду, где Первый секретарь демонстрировал чудеса гостеприимства, госсекретарь США – чудеса дипломатического этикета. Он неизменно проигрывал Хрущеву в бадминтон, неуклюже барахтался в бассейне, но когда речь заходила о серьезных вопросах, не уступал ни на йоту[1674]

.

Ратификация договора в американском Сенате оказалась непростым делом. Генерал Томас Пауэр, командующий стратегической авиацией США, выступил против ратификации. Влиятельный сенатор от Миссисипи Джон Стеннис утверждал, что «Соединенные Штаты не смогут сохранить свое безусловное ядерное превосходство, если договор будет ратифицирован». Эдвард Теллер, один из «отцов» атомной бомбы, в комитете по иностранным делам Сената заявил, что подписание договора «было ошибкой. Если вы ратифицируете его, вы совершите еще большую ошибку». Это был бы «шаг прочь от безопасности и, возможно, к началу войны»[1675].

Кеннеди приложил все силы для ратификации. Шлезингер писал: «Для ратификации договора ему нужно было убедить ястребов в Конгрессе и, кроме того, военных в необходимости этого шага или по крайней мере заткнуть им рты. Он добился этого, пойдя на определенные уступки военным и обратившись за поддержкой к общественному мнению. Кеннеди иронически заметил в те дни, что и на него самого, и на Хрущева оказывают давление сторонники жесткого подхода, которые любой шаг в сторону к разрядке истолковывают как проявление слабости. “Ястребы в Советском Союзе и в Соединенных Штатах существуют за счет друг друга”»[1676]

.

В итоге Сенат проигнорировал предостережения скептиков, и 24 сентября 1963 года договор был ратифицирован 80 голосами против 19. Президент, подписав договор в Белом доме, заявил:

– За этим маленьким шагом к достижению безопасности могут последовать более значительные и масштабные меры, принятие которых будет сопряжено с еще большими трудностями. Теперь, когда это достижение укрепило нас в мужестве и понимании того, что происходит, давайте с новыми силами продолжим поиск решения столь важной для человечества проблемы мира[1677].

Договор 1963 года – один из немногих в области контроля над вооружениями, который неуклонно соблюдается до настоящего времени – всеми 131 странами, которые являются его участниками.