280 дней вокруг света: история одной мечты. Том 2

Больше всего в Пакистане мне хотелось увидеть горы и добраться до знаменитого племени хунза — тех самых долгожителей, которые живут по 120 лет и населяют отдаленную часть Гилгит-Балтистана в горах Каракорума. Очень хотелось познакомиться с ними, увидеть культуру, быт и, конечно же, расспросить о рецептах долголетия. Инна, яростная любительница гор и походов, вызвалась с этим помочь. А Джафа, судя по всему, вообще никто не спрашивал — его посадили в машину и повезли. Их пара со стороны вообще выглядела достаточно странно: в ней было больше женского, чем мужского, а в нем — наоборот. И вот встретились эти два полюса и вроде пытались что-то друг другу дать, но получалось все с раскатами грома. Инна бесконечно щемила и критиковала мужа, особенно когда он был за рулем, а тот все больше закрывался в свою ракушку и не выходил на контакт. Два человека соединились, а две разные культуры, страны, два менталитета — нет. Она боготворит горы и готова сутками лазить с палаткой за спиной, он сидел бы в своем комфортном коконе и был абсолютно счастлив. Но нет — любовь требует жертв. Я вспомнил отлично спевшихся Андреса и Гинту из Эквадора. Но тут точно была другая история.

Пока мы поднимались на машине из Исламабада в горы на север, я постоянно рассказывал ребятам о своем трипе, о прекрасной Украине и что им обязательно нужно приехать в нашу страну (Инна из Беларуси и никогда у нас не была). Тут неожиданно и Джаф разговорился:

— А я вот тоже очень люблю путешествия! Особенно в те страны, которые находятся вне мейнстрима. Там больше шансов увидеть настоящую жизнь, почувствовать душу людей. Кстати, поэтому решил отправиться в Украину…

— Да ладно тебе! Ты серьезно? — чуть не поперхнулся я. — Был в Украине? Чего ж ты раньше молчал? И как тебе?

— Ну-у, я просто долго решался. Ведь о вашей стране мало привлекательного в Сети на английском. Если в Google вводишь «Ukraine», получаешь информацию о войне, беспорядках, коррупции, опасностях и так далее. Но я же из Пакистана и знаю, что media are shit. Поэтому не поверил.

История оказалась длинной, и Джаф рассказывал ее весьма занимательно и эмоционально. В общем, планировал он посетить Киев, увидеть древние храмы, поплавать в Черном море в Одессе и, конечно, посмотреть на Львов с его чудесной архитектурой. Виза в Украину — самая дорогая, которую получал в своей жизни, — 160 долларов, а это немалые деньги для Пакистана. Плюс пришлось не бронировать, а сразу выкупать все авиабилеты, проживание и всю эту историю для визы. И еще 160 долларов за приглашение. В общем, посетить Украину — недешевое удовольствие.

В конце мая 2019 года Джаф прилетел в аэропорт «Борисполь», и на пограничном контроле, увидев его пакистанский паспорт, офицер сказал ожидать и вызвал старшего по рации. Следующие несколько часов его держали в тесной комнате без еды и воды, совершенно ничего не объясняя, а после начали допрос.

— Было ощущение, что общаются со мной как с преступником, — спокойно рассказывал он. — Несколько раз пересматривали документы, пересчитывали привезенные с собой деньги (около полутора тысяч долларов) и постоянно снимали все на камеру.

Затем ему дали подписать какую-то бумагу, составленную на украинском языке. На замечание, что он не понимает, что там написано, и просьбу перевести это хотя бы на английский:

— Возмущаться будешь дома, в Пакистане.

Спустя 16 часов «маринования» в аэропорту Джаф отчаялся и в полном непонимании, что еще может сделать, просто написал в фейсбуке пост, описывающий сложившуюся ситуацию. В 200-миллионном Пакистане пост мгновенно разлетелся — люди возмутились таким отношением к соотечественнику, связались с местными телеканалами, и в итоге информация дошла до президента Пакистана. А что же наши пограничники?

А ничего! Продержав более суток в «Борисполе» в комнате для задержанных, а потом и в зале ожидания, депортировали Джафа восвояси. Причем за его счет, что противоречит любым правилам депортации из аэропорта. В итоге «вояж» в Украину, а точнее в комнату-обезьянник «Борисполя», обошелся ему в 2 тысячи долларов.

— Это был один из самых неприятных дней в моей жизни. Ты понимаешь, что абсолютно беспомощен. Это ужасное чувство для любого человека, но я не могу жаловаться, — вздохнул он.

— Но почему? Что значит «не можешь»? — не унимался я. Меня распирала обида, раздражение и чувство глубокого стыда.

— Были те, кому было хуже. Вместе со мной на одном рейсе прилетел пожилой мужчина за 70. Он из Бангладеш, доктор медицины, приехал в Украину на профильный семинар. С ним поступили точно так же, а ему было явно тяжелее все вынести. После этого я принял все как есть и решил не жаловаться.